А наш поцелуй все из головы не идет. Он такую бурю эмоций во мне вызвал! И эта буря накрыла не только меня. Максим тоже испытывал нечто подобное, я знаю это. Я чувствовала! И он сам меня поцеловал! Спрашивается, зачем? Чтобы потом вот так вот жестко оборвать наше общение?
Раздается короткий стук в дверь, и в спальню заглядывает Саша.
— Привет, Поль, — улыбается она, бегло осматривая комнату. — Ты одна? Максим не поднимется?
— Не поднимется, — выдыхаю удрученно.
— Жаль, — Сашка, оставляя дверь чуть приоткрытой, подходит ближе. Я, повернувшись на бок, поджимаю ноги, и подруга садится на кровать. — Игнатик хотел вместе с вами проветриться. Пиццу поесть. Набери Макса, может, он не далеко уехал.
— Я добиралась на маршрутке, — отвечаю негромко, подложив сложенные ладони под голову, удобнее устраиваюсь на подушке. — Макс поставил в наших недоотношениях жирную точку.
Сашке требуется пара мгновений, чтобы осмыслить услышанное.
— Как это точку? — по-прежнему не понимает она.
— Так, — роняю нервно. — Сегодня утром он в довольно жесткой форме обозначил, что моя помощь ему больше не требуется. Цитирую — “на этом все”.
— Подожди... ты уверена, что он... ну... именно это имел в виду? — недоверчиво спрашивает Саша.
— Уверена, — прикрыв глаза, переживаю волну ноющей боль в сердце.
— Вы так сдружились, хорошо общались. Я думала, если честно, что между вами уже что-то большее происходит, — подруга пересаживается поближе, мягко касается моего плеча.
— Я тоже себе “что-то большее” навоображала, но это мои проблемы, Саш, — тяжело вздыхаю. — Максим просто шел к своей цели, а когда подвернулся другой вариант решить проблему с отцом, он эту самую точку и поставил.
— И что за вариант? — расстроенно интересуется Сашка.
— Понятия не имею, поскольку меня это не касается, что мне доходчиво объяснили, — смаргивая подступающие слезы, тихонько шмыгаю носом. Сейчас уже можно. И мои глаза стремительно увлажняются.
Приподнимаюсь на локте, сажусь у изголовья, обнимая подушку.
— Мне жаль, Поль, — получаю от Сашки короткие ободряющие объятия.
— Он мне даже компенсацию моральную предложил, представляешь? Сказал, повышение организует, — мрачно усмехаюсь.
— А ты?
— А что я? Послала его, конечно.
Саша внимательно смотрит, затем неодобрительно качает головой.
— Вот и зря! Ты на него столько нервов потратила! — сердится она. — Пусть бы компенсировал!
— Не хочу, Саш, — отвечаю негромко, чувствуя, как по щеке катится одинокая слезинка. Быстро смахиваю ее. — Вообще ничего не хочу.
— Блин, Полиночка... — тянет подруга сочувственно. — Только вот не надо из-за этого придурка убиваться.
— Не буду, — вымучиваю вялую улыбку в ответ. — Знала же, что он гад. Изначально знала! Теперь по нему слезы лью. Когда все успело на сто восемьдесят развернуться?
— В жизни еще не такое бывает, — бурчит Сашка.
Наш разговор прерывает негромкий стук. В проеме появляется Игнат.
— Ты куда пропала? — он с напускным укором смотрит на Саню. — Приветик, Поль, — подмигивает мне. Получив от меня короткий кивок, внимательнее всматривается в мое лицо, после вновь переводит глаза на свою девушку. — Что-то случилось?
— Что-то случилось, — незамедлительно отвечает Сашка. — Твой дружок — козел, — бросает сердито.
— Не понял, — хмурится Игнат.
— Макс Полинку сильно обидел, — все больше расходится Сашка.
— Сейчас его наберу, — Игнат вынимает из кармана телефон.
— Не нужно никого набирать! — от испуга я даже с кровати вскакиваю. Ни к чему сюда третьих лиц впутывать.
— Что он сделал? — резко уточняет Игнат.
— Ничего он не сделал, — меряю Сашу укоризненным взором. Вот кто ее за язык тянул?!
— Как это ничего? — выдает подруга с возмущением.
— Не надо, Саш, это лишнее. Нас с Максимом связывала лишь договоренность, теперь она отменена. Никто никому ничего не должен, — произношу решительно. — Мы сами разберемся. Вы меня услышали? — перевожу взгляд от нее к Игнату.