Юн Хэджин медленно кивнула. Наён встала и под аккомпанемент принтера налила из большого термоса в бумажный стаканчик напиток. Похоже, им с госпожой Юн сегодня не везло на пару. Остатков хватило ровно на две трети. Подавать такой кофе было стыдно, но ничего другого не оставалось. Наён согнула спину и сказала:
— Если вы подождете, я схожу за новым термосом.
Юн, заглядывая в стакан, услышала, как остановились протяжные мучения принтера. Всё было готово. Она приняла стаканчик кофе как есть.
— Не стоит. Мне нужно ещё оставить пометки в сценарии… Спасибо, — последнее слово она выдавила из себя через силу, но Наён почувствовала тепло. Ей всё-таки удалось немного смягчить госпожу Юн. Она поклонилась, провожая взглядом уходящую из помещения женщину.
Если бы Наён могла, то окружила бы госпожу Юн заботой, чтобы ничто не отвлекало её от создания шедевра. В этой точке очень тонко переплеталась мечта самой Наён стать настоящим сценаристом и трепетная любовь к первоисточнику сериала. Госпожа Юн Хэджин талантлива — более пяти удачных киноадаптаций книг. Даже Чон, нарочито избегавшая дорамных знаменитостей из-за слишком сильного интереса матери, слышала о работах Юн и мечтала достичь её уровня однажды. А пока прикасаться к госпоже сценаристу и дышать одним воздухом с ней казалось чем-то необыкновенным.
Вот только что-то на бессознательном уровне начинало портить эту картину уродливой трещиной. В голове Наён сценарист… Писатель выглядел по-другому. Она должна сидеть за красивым дубовым столом в полном книг кабинете и писать, погружаясь в свои миры. Госпожа Юн на площадке выглядела иначе, вся издерганная нервотрепкой и бессонницей.
Взгляд Наён упал на забытую ей флешку. Чон безумно захотелось посмотреть на сценарий и правки, что внесла госпожа Юн для продюсера. Но открыть документ она не успела. Первый помощник Ким Джухо как всегда зашел не вовремя. Наён лишь перекинула файл на рабочий стол. Будет время, она его прочитает.
— Малышка Чон! Ты-то мне и нужна, — улыбнулся круглолицый Ким. — Там приехал господин продюсер, режиссер и госпожа Юн обсуждают с ним сценарий. Сходи за кофе, — Ким сделал многозначную паузу. — Господин Сон Мину предпочитает фильтр-кофе, удели ему особое внимание.
Чон Наён глубоко вздохнула, понимая: придётся идти наружу, на угол улицы к кофейному фургону. Что ж она тешила себя только тем, что принесет нечто стоящее госпоже Юн.
Наён уже не чувствовала кофейный запах, хотя каждый вечер, когда возвращалась домой, брат морщился, говоря, что от нее несет кофе как от официантки из кафетерия. К сожалению, пока она также себя и чувствовала на работе.
Господин режиссер постоянно требовал американо со льдом, не допивая старый. Первый помощник гонял её за латте с сиропом. В остальных случаях она носила большие термосы для непредвзятого вкуса команды. Парень-бариста из фургончика на углу вечно ей сочувственно улыбался и давал карамельки… Со вкусом кофе.
Наён вернулась на площадку, неловко держа большой термос в одной руке и картонный холдер со стаканчиками в другой. Она молилась, чтобы ничего не снести и не уронить по дороге. Пак Чиу перехватила её у служебных комнат и взяла термос из рук.
— Помощник Ким снова и не подумал тебе помогать? — съязвила она.
Вместо того, чтобы в десятый раз перемывать косточки старшему, Наён устало спросила:
— Продюсер и сценарист всё ещё разговаривают? — она надеялась, что за те двадцать минут, пока она отсутствовала, руководство не закончило.
— Там все серьезно. Они основательно оккупировали репетиционную.
Наён выдохнула, но тут её настиг неожиданный вопрос от подруги:
— Что у вас там было с Ли Тэхо… Что ему от тебя нужно?
Захотелось спрятаться от проницательной Пак Чиу. Наён отступила, не готовая к этому разговору.
— Ничего, — быстро ответила она. — Прости, мне надо отнести кофе в репетиционную, — она сбежала, но до последнего чувствовала напряженный взгляд Пак Чиу на своей спине.
Наён ещё у двери услышала басовитый голос господина режиссера. Со Тегун эмоционально объяснял:
— Нам придется что-то урезать, тайминг не бесконечен, — сказал он, когда Наён вошла.
Трое сидели на стульях в середине комнаты. Режиссер — крупный мужчина в чёрной водолазке с густой бородой и в очках, сильно жестикулировал. После слов Пак Чиу об их руководителе Наён не могла перестать видеть в нем гротескные черты Кубрика. Она поставила стаканчики на стол и почувствовала кожей молчание, повисшее в комнате. Наён постаралась как можно быстрее отдать кофе, чтобы не мешать важному разговору.