Наён дернуло. Она остановилась, смотря на Тэхо загнанным зверем. Она никогда не считала, что достойна чей-то любви. Та всегда проходила мимо неё, начиная с самого детства, начиная с семьи. Её пальцы беспомощно впились в его кожу. Тэхо, чувствуя эту боль, терпеливо поймал её взгляд.
— Ты боишься? — спросил он, переживая, что опять оступился.
— Я боюсь поверить, — честно призналась Наён.
Тэхо прикусил язык, вспоминая, как она вечно спотыкалась о его похвалу и влюбленность. Как она сама не любила себя.
Он уткнулся лбом в её лоб, шепча:
— Я люблю тебя. Не запрещай мне это делать…
Наён смотрела на него, хлопая ресницами. Это было слишком откровенное обвинение для неё.
— Я не запрещаю… — соврала она.
Тэхо прикрыл глаза, нежно скользнул носом по щеке Наён, терпеливо выдохнул и повернул спиной к себе. Прижимая, очерчивая, изучая теперь по-зрелому. Каждый изгиб, каждую мягкость, каждую впадинку. От нежной кожи на животе к груди до твердеющих под пальцами сосков. Губы снова коснулись её шеи, и Наён затрепетала от каждого его движения. Высоковольтное напряжение искрило между ними.
Одна его жилистая рука скользнула под футболкой к шее Наён, прижимая её ещё ближе. Вторая спустилась к поясу штанов и змеёй скользнула вниз. Наён снова вся напряглась в его руках, но не отступила, даже когда рука оказалась под тканью.
Наён сдавленно застонала от его первого прикосновения между ног в самой чувствительной точке, искорки пробежались по её пояснице.
— Ты такая нежная, — шепнул Тэхо ей на ухо, расплываясь в своих ощущениях.
Только тогда Наён покраснела и попыталась чуть отодвинуться. Но рука Тэхо не остановилась, он скользнул глубже, проникая в самое нежное место и заставляя её вздрогнуть сильнее, выгнуться в спине.
Наён в его руках была похожа на распускающийся цветок, тянущийся вверх к солнцу. Он с замиранием сердца чувствовал, как она привстает на кончики пальцев, прижимается к нему, бессильно цепляясь за его руки. Как будто Тэхо — её опора.
— С ума можно сойти, какая ты красивая, — прошептал он снова то, что чувствовал.
— Издеваешься? Ты даже не смотришь на меня, — задыхаясь, ответила Наён. Она ведь стояла к нему спиной.
Тэхо выдохнул, обжигая следы своих поцелуев на её шее. Прижимая её только крепче к себе.
— Так дай мне посмотреть на тебя, — попросил он.
Его длинные пальцы скользнули так глубоко внутрь, что она сжалась на них, а искры заплясали уже перед глазами. Тэхо начал набирать сбивчивый темп.
Услышав её сорвавшееся дыхание, он отступил назад к краю кровати. Но так и не выпустил Наён из рук, посадив на свои колени. Тэхо ласкал её пальцами и бесконечно шептал нежные слова, восхваляя девушку, в которую так влюблен, и каждое мгновение, что они были вместе. Чтобы Наён наконец научилась любить себя также сильно, как он любит её.
Наён задыхалась от Тэхо, от его всеобъемлющей любви. От того, чего ей так не хватало. Тэхо слишком глубоко залез к ней в душу. Наён начала путаться в мыслях и признавать: он тоже ей необходим, как кислород.
Растекаясь по его пальцам, сжимаясь и пульсируя, теряя на пике удовольствия стройность мыслей, она наконец прошептала его имя:
— Тэхо, пожалуйста…
Он сам прикусил губу от наслаждения, но не остановился, пока Наён не содрогнулась несколько раз всем телом и не сдавила его колени своими.
Слушая её беспомощное дыхание, он благодарно поцеловал Наён в щеку. Рука его теперь лежала неподвижно, защищая самое сокровенное место.
— Если хочешь, я уйду, — сказал он тихо, боясь, что теперь-то Чон окончательно сломлена им.
Наён чуть дернула головой, приходя в себя и удерживая его руки на себе.
— После такого? — спросила она с бессильным укором.
Тэхо выдохнул и бережно положил её на кровать. Он навис, смотря ей в глаза. Очки уже неприлично сползли с её носа. Тэхо улыбнулся и наконец снял их, целуя лицо Наён. Оставляя влажные следы на каждом миллиметре её тела — от щек до кончиков пальцев на ногах.
***
Будильник прозвонил. Наён, плохо видя, нащупала телефон и отключила. На прикроватной тумбочке она попыталась найти очки. Но те все никак не попадались ей. Чья-то рука протянула их…
Наён аж подскочила, натягивая тонкое одеяло до подбородка. Полуголый Тэхо лежал поверх него и смотрел на Чон снизу вверх.
— Доброе утро, — спокойно сказал он, рассматривая её внимательно, но без лишнего стеснения.
Наён ещё больше залилась краской, понимая, что ей точно не приснились их разговор и эта ночь:
— Можешь хотя бы сделать вид, что тебе неловко? — с укором попросила она.