Ли улыбнулся, подмял её под себя, обнимая через одеяло девичьи бёдра. Он положил голову на живот Наён.
— Мне очень неловко… — он даже не пытался сыграть смущение.
Наён прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Она, перебарывая себя, опустила руку в его спутавшиеся чёрные волосы. Ли по-щенячьи подставил голову её ласке.
— Мне очень хорошо и… Неловко. Если тебе так комфортней, — пояснил он и застыл, ожидая её вердикта.
— Мне тоже… Хорошо, — призналась она сама себе прежде всего.
Тэхо, услышав это, расплылся уже в кошачьей улыбке и зарылся носом в ткань, сдавливая Наён так сильно, что ей захотелось сбежать под одеяло.
Будильник повторно завопил. Наён потянулась к телефону, но Тэхо перехватил его первым и протянул ей, сказав:
— Придется меня разблокировать, иначе я продолжу присылать тебе домой курьеров с записками.
Наён приняла телефон, начиная думать о предстоящем рабочем дне. И это её, оказывается, пугало.
— Похоже на шантаж, — укорила она Тэхо.
Он мотнул головой:
— Нет, вынужденная мера. Я с ума сойду, если после этой ночи ты меня снова отправишь в игнор.
Наён опустила глаза, думая, как пережить рабочий день рядом с Тэхо после такой близости. Как вести себя на людях? Это тоже панически пугало.
Тэхо, заметив, что Наён погрузилась в сложные мысли, снова уткнулся лицом в её живот, привлекая к себе внимание и пытаясь не дать ей утонуть в последствиях произошедшей ночи. Она не одна… Это то, что они должны пережить вместе.
— Пойдём на завтрак вдвоем? — спросил он.
Наён покусала губу, раздумывая.
— Попробуем…
***
Тэхо выскользнул из комнаты Наён только для того, чтобы переодеться. Он аккуратно прикрыл дверь, словно слишком громкий щелчок замка мог спугнуть его счастье.
Это утро действительно было солнечным, и больше всего Тэхо боялся — что-то пойдёт не так. Он много раз играл героя романтических историй и знал все сюжетные шаблоны для пар. Вот только, как оказалось, в реальной жизни эти знания не помогают. Особенно, когда ты хочешь, чтобы все было правильно.
Ли не хотел новой любовной интрижки в рамках роли Роана. Он уже проходил это и дал себе слово, что с Наён все будет иначе.
Вот только судьбе плевать на твои планы, и она любит подкидывать испытания в самые неподходящие моменты.
Закрыв дверь в номер Наён, Ли повернулся и увидел в коридоре помощника Кима. Тот заметил, что Ли выходит из комнаты девушки, но промолчал. Единственное, что выдало в нем понимание ситуации — неприятная сальная улыбка.
— Доброе утро, господин Ли, — сказал он и поклонился, проскальзывая мимо.
Тэхо скрипнул зубами. Он понимал, что им с Наён предстоит пережить ещё немало. Ли постарался выпрямить спину, чтобы показать — он не смущен. Все так, как и должно быть, его точно не сломают косые взгляды и шепотки.
***
Два последних дня съемок пролетели так быстро, что Наён стало грустно, когда пришло время садиться в автобус, возвращающийся в Сеул. Она уже начала привыкать к шуму моря, а может и к Ли Тэхо рядом.
Съемки на пленэре закончились быстрее, чем она ожидала: плотный график, бесконечные дубли и редкие минуты отдыха. Она пережила целую новую жизнь за эту поездку и должна была вернуться в прошлую, к своей семье.
Теперь, когда автобус выезжал из Канвона, оставляя позади море, Наён смотрела в окно и думала: «Что будет дальше?» Она боялась, что вот-вот магия растает, и Ли перестанет видеть в ней нечто особенное.
Она украдкой взглянула на него.
Тэхо сел рядом с Наён. Автобус мягко качнуло на повороте, и Ли повернул голову к ней. Их взгляды встретились. Он не стал ничего говорить, лишь положил свою руку на подлокотник ладонью вверх, будто протянул ей: «Я рядом».
Наён опустила взгляд на мужскую ладонь и положила свою поверх, переплетая пальцы в замок.
«Я знаю».
***
Никакие предостережения не спасли Наён. Чиу видела, как подруга и чертов Ли Тэхо смотрели друг на друга в последние дни. Нет, они не целовались и даже не брались за руки прилюдно. Но эти взгляды бесконечной тоски выдавали Пак Чиу, что Наён поддалась его чарам. Все её старания пошли прахом и так и не уберегли Чон.
Чиу сдалась — паршивая из неё «фея-крестная» вышла. Она с тревогой смотрела, как у её подруги вынимают из груди сердце, не смея больше вмешиваться. Пак как никто другой знала — Наён хрупка, и сердце её из хрусталя. И как страшно будет им потом собирать его осколки. Она дала Наён свободно дышать, но с тревогой готовилась к худшему после.
Они все вместе остановились на заправке, но Чиу не стала говорить с Наён, от которой не отходил Ли. Пак теперь не хотела привлекать к ним лишнее внимание.