Этого было для неё достаточно, чтобы наконец нажать на кнопку и забыть о своих сомнениях на сегодня.
***
Солнечный свет скользил по его лицу. Он проснулся после выходных, как после сладкого сна. Вчера вечером Тэхо проводил Наён до дома. Но в его квартире послевкусием осталось ее тепло. Плед, неровно сложенный на диване, висела на спинке стула его рубашка, в которой Наён ходила вчера днём. Подушки пропахли запахом её волос. Ли улыбался, думая, что поедет на студию и увидит её, пока в руки не пришлось взять телефон.
Несколько десятков сообщений и тегов разрывали мессенджеры. Такое уже было однажды, когда всплыл скандал с его тайными отношениями. С тех пор он только недавно вернулся в соцсети и восстановил прошлые аккаунты.
Панический страх накатил. Он не хотел смотреть сообщения. Но руки сами тянулись, а мозг судорожно цеплялся за ужас. Что могло пойти не так?
В первой же статье выпало фото. Ли Тэхо в черном костюме стоял, прижимая к стене девушку в розовом. Та напряженно смотрела на него, пока его пальцы путались в её волосах. Остановившееся мгновение больше всего походило на кадр перед поцелуем. Ли помнил этот день. Тогда он только познакомился с Наён, и ему пришлось ей помогать с ролью не самым красивым, зато действенным методом.
Сердце колотилось в ушах от заголовка: «Новый роман Ли Тэхо прямо на съемках дорамы «Империя пепла и тени».
Тысячи комментариев и репостов били эхом в ответ: сотни постов, хэштеги, сплетни, догадки, осуждение, восторг, яд, желчь, боль… Его боль и страх за Наён… Ужас от того, как она с этим справится.
21. Настоящий злодей
— Посмотри на неё… — до Наён донесся неприлично громкий шепот, и ужас подозрения — говорят о ней — застыл в жилах.
— А это точно она? — прошептала вторая статистка в шифоновый рукав. — Какая-то она невзрачная для Ли…
У Наён потемнело в глазах от ужаса. Она выпрямилась, как будто ровной спиной могла уловить больше звуков.
— Она… Знаешь, говорят, она даже не актриса и получила ту роль, потому что спала с ним…
Наён, чувствуя, как страх стекает по ней обжигающей волной, дернулась, чтобы уйти. Ей срочно нужно было спрятаться от чужих глаз и слов. Она, не разбирая дороги, открыла первую же дверь и в полумраке ввалилась в подсобку, чуть не снеся тележку уборщика. Вся исколотая швабрами, она отступила, поняв, что вломилась сюда, как будто за ней гнались. А в итоге сама загнала себя в угол.
Наён выдохнула и села на корточки, закрывая голову руками. Пытаясь удержать её, пока та не взмыла к потолку от боли и паники.
Чон видела утром тот вброс с фотографией, слишком похожей на поцелуй. Она с таким трудом пришла на работу. Чат с Ли разрывался от его сообщений, но она не смогла найти силы ответить ему.
Прийти на работу по инерции стало верхом её возможностей. Она на автомате распечатала сцепки, сходила за термосом кофе… А потом.
Наён крепче обняла голову руками, выдавливая из себя слёзы. Волна после шока накрыла её только теперь. Зря она пришла, нужно было сбежать, остаться дома, просто исчезнуть навсегда.
Наён выдохнула, подняв лицо. И вот теперь она в полной хлама подсобке. Тележка уборщика перед ней щетинилась рукоятками швабр. В боковом кармане виднелась черная обложка до боли знакомой книги. Наён, как в тумане, протянула руку и достала «Империю пепла и теней». Неужели она опять её потеряла?
Книга черным символом врезалась в её сознание. Как будто именно она стала причиной всех бед. Наён, задыхаясь, вспомнила день, в который она познакомилась с Ли, как книга выпала из рук, а он её поднял. Как книга стала камнем преткновения и стеной, через которую Тэхо пришлось пробиваться к ней. Если бы не эта чертова книга, им не пришлось бы играть вместе.
Наён со слезами на глазах перелистнула страницы. На них не было её заметок — девственные листы. Это оказалась чужая книга. Дверь больно ударила её в спину. Наён пошатнулась, поднявшись на ноги.
Её застал врасплох уборщик. Лицо не старое, но с печатью усталости и изнеможения, оно казалось трагической маской. Наён видела мужчину не раз на площадке и с ужасом поняла, что мешает ему сейчас работать.
— Простите, я…
Взгляд его водянистых глаз упал на книжку в руках Наён. И он весь напрягся. Она в суматохе вернула книгу в карман тележки, извиняясь.
— Я просто подумала, что это моя книга… У меня тоже есть первое издание… — сказала она.
Мужчина сделал шаг к Чон и протяжным, скрипучим голосом спросил:
— Ты из тех актёров, да? — он немного заикался.
— Нет, — поспешно возразила Наён. — Я — помощница режиссера…