Каждый час работы практически длился сорок минут; остальные двадцать минут уходили на получение опросных листов, ручек с магнитными чернилами, шаблонов для снятия учебных программ и тому подобные дела.
На этот раз Бен, бесцеремонно всех растолкав, оказался впереди, и необходимые формальности ему удалось выполнить всего за несколько минут. От своей цели раскрыть тайну собственного прошлого он никоим образом не отказался, но только подступил теперь к ней по-другому: ведь существует и официальный путь.
Втираться к Бенгту в доверие неприятно, однако сейчас без этого не обойтись, и то же самое придется ему делать впредь.
— Мне попался случай «игрек минус». Я получил за него премию в шестьдесят четыре пункта, и начальник отдела меня поздравил. Я этому очень рад. Но я подумал: а не означает ли моя радость, что я стал высокомерным, загордился? Что мне в связи с этим следует делать?
Бенгт посмотрел на него. Лицо его выражало симпатию, которая всегда появлялась у него при разговорах с теми членами группы, в ком он был уверен.
— Что ж, — ответил он, — как-никак ты добился большого успеха. И успех этот — результат твоего добросовестного труда на пользу обществу. Радость твоя вполне оправдана. Или тебе кажется, что ты теперь лучше своих товарищей по работе?
Бен отрицательно покачал головой.
— Разумеется, нет. Я знаю совершенно определенно, что большинство их справились бы с этой работой ничуть не хуже меня — просто такие случаи им не попадались. И однако, они все радуются со мной, как радовался бы я, если бы так же повезло им. А ведь премию получил я один, и так как мне это приятно, у меня чувство, что она все же отдалила меня немного от остальных.
Лоб психиатра наморщился, но через мгновение Бенгт снова излучал спокойствие и уверенность.
— То, что ты об этом задумываешься, уже само по себе хороший признак и доказывает, что оснований для беспокойства нет. Тем не менее я запишу для тебя несколько психологически действенных фраз — можешь в свободное время читать их вслух или про себя, и они помогут тебе справиться с твоими трудностями. Полученное поощрение должно стать для тебя стимулом к еще лучшей работе.
— Обязательно, — отозвался Бен. — И это еще одна причина, почему я хотел с вами поговорить. Мне сообщили, что я должен прослушать курс по теории психопрограммирования. Я пытался вспомнить все, чему в этом смысле меня в свое время учили, но обнаружил, что часть материала забыл. Поэтому я бы хотел попросить о реактивации содержимого памяти. Не могли бы вы поддержать мою просьбу?
Бенгт снова наморщил лоб, и на этот раз лоб разгладился не сразу.
— Реактивацию содержимого памяти? Откуда ты знаешь о том, что она возможна? — Он пристально посмотрел на Бена, потом, словно извиняясь, положил руку ему на плечо. — Ах да, ведь ты расследователь; возможно, ты уже пользовался этим средством. Ну что ж, раз цель хорошая… Я твою просьбу поддержу.
Он кивнул Бену и пошел к пульту компьютера, через который управлял учебным процессом. Звонок уже прозвонил, и комната сразу наполнилась голосами членов группы, начавших, как обычно, с психологической разминки.
— Мы веселые и уверенные.
— Один — за всех, все — за одного.
— У нас нет тайн друг от друга.
— Наши мысли свободны и нам никем не навязаны.
— Нам нечего скрывать друг от друга.
— Мы члены Свободного Общества.
Наше государство о нас заботится: защищает нас от болезней избавляет нас от нужды, делает нас счастливыми людьми.