— Сильно только собой не гордись, — предостерег Фредди, попыхивая сигарой. — Сегодня тутошние волки, видать, не в форме, но в другой раз порвут на тряпочки... Еще придешь-то?
Я торопливо кивнул, даже не успев понять смысл вопроса.
— Слушай тогда пароль.
Он наклонился к моему уху и шепнул: "Mackled Malaclaw".
— Спасибо, — выдавил я.
— Да не за что.
— Вы очень добры...
Фредди так смеялся, что подавился дымом и закашлялся.
— Так это ж я только по воскресеньям, малыш! Попался бы ты мне в понедельник... Так что, — он не больно щелкнул меня по носу, — можешь считать себя фартовым.
Сделал паузу, но я только тупо смотрел, и Фредди опять рассмеялся и пожал плечами.
— Ладно, беги. Дорогу запомнил?
— Да.
— Если кто будет к тебе в Ночном приставать с вопросами, или там что, скажи просто, что работаешь с Фредди. И все будет в порядке. Понял?
— Да. Спасибо, сэр.
— Иди, иди уже...
И я ушел.
***
С утра Ночной переулок показался мне куда уютнее и привлекательнее. Кажется, на рассвете прошел небольшой дождь, смывший с мостовой весь мусор. Камни блестели, по обочинам бежали ручейки, а многие здания, как выяснилось при солнечном свете, были выкрашены веселенькой розовой и желтой краской. Конечно, штукатурка почти везде облупилась и отпадала кусками, а некоторые дома выглядели совсем нежилыми — ободранная краска на входной двери, огромные проржавевшие замки, окна забиты досками. Тогда я еще не знал, что за самым непрезентабельным фасадом в этих местах может скрываться роскошь, достойная пещеры Аладдина, потому только крутил головой, рассматривая горы мусора во дворах и полуобвалившиеся балконы, идти под которыми было страшновато.
Гринготтс в утреннем освещении казался светло-вишневым. У его подножия меня тут же подхватил человеческий поток. Должно быть, среди толпы спешащих на работу клерков я смотрелся довольно дико — сонный, еле передвигающий ноги подросток, с трудом соображающий, куда идти. К счастью, никто не обращал на меня внимания. Я пристроился в хвост очереди к общественному камину. Дождался своей очереди, бросил в кассу монетку, взял горсть летучего пороха и страшным усилием воли сумел подавить зевок, пока выговаривал адрес. Иначе представляю, куда бы меня занесло...
Не успел я вылезти из домашнего камина, как прибежала мама. Она была полностью одета, словно собиралась куда-то. Даже перчатки надела. Только волосы растрепались, и глаза покраснели и опухли от слез.
— Где ты был?! Я уже собиралась в Департамент, чтобы объявить тебя в розыск! Утром пошла будить — а никого нет, и постель не тронута! Я чего только не передумала, чуть не умерла от беспокойства!
Я вяло пытался высвободиться из ее объятий. Спать хотелось так, что, казалось, вот-вот улягусь прямо на каминном коврике.
— Мама, ну ничего страшного ведь не случилось... Я просто... э-э... нашел работу. А вам забыл сказать. Все в порядке.
— Что за работу?! Где?
— Ночным сторожем в магазине метел в... э-э... в...
Я вдруг сообразил, что Лондон называть ни в коем случае нельзя, — мама там все знает и может попытаться проверить.
— В Глазго. В магическом квартале.
— Ночным сторожем? Но, Рэй, милый, это же очень опасно! А вдруг явятся грабители и...
— Никто не явится. Там крепкая дверь, защитные заклятия и... м-м... сигнализация. В общем, все будет в порядке. Можно, я пойду посплю немножко?
Мама растерянно моргала.
— Нет, подожди, я не понимаю... А как ты нашел эту работу? И что же, там надо дежурить каждую ночь?
— Угу, — я сонно кивнул и осторожно вывернулся от нее, стараясь не звякать монетами в кармане мантии.
— Но ты же будешь уставать, — не унималась мама, идя за мной наверх. — И потом, это не совсем подходит для мальчика из хорошей семьи. А вдруг знакомые тебя там увидят?
— Все равно ничего другого нет, — слабо отбивался я, еле переставляя ноги по ступенькам. — И никто не узнает. Это... э-э... маленький такой магазин, туда вряд ли кто-то из знакомых зайдет.
— Но я ведь даже не знаю, что это за место! А вдруг ты свяжешься там с плохой компанией?! Кому этот магазин принадлежит?
Мне хотелось взмолиться: "Да не знаю я! Дайте мне поспать, и я придумаю версию получше, но только не сейчас!".
— Одной... м-м... вдове. Чистокровной волшебнице. Это очень приличная пожилая леди.
Мама помолчала, потом глубоко вздохнула и погладила меня по голове.
— Мерлин, почему нам так не везет? Ты еще такой маленький, а уже вынужден зарабатывать на хлеб... Я теперь не смогу спать по ночам, буду все время за тебя бояться. Хорошо, что там хотя бы порядочные люди...