— В Париж? — спросила она.
— Ага. — Я улыбнулся, увидев, как она нахмурилась. — Ты там была?
Она сдержала смешок и взглянула на меня блестящими глазами.
— Увы, не имела удовольствия. Там похожее метро?
Я проигнорировал ее вопрос и спросил:
— Хочешь туда?
Она нахмурилась.
— Эм, в Париж?
Я кивнул.
— Наверное. — Она сделала паузу и чуть насупилась. — Я никогда об этом не думала.
Поезд начал тормозить, и я прижался к девушке от резкой остановки, крепче ухватившись за верхний поручень.
— Неужели никогда не мечтала слетать в Париж?
— Скорее всего, нет.
— Почему? — поинтересовался я. — Ты ведь не из тех, кто до смерти боится летать?
Она посмотрела мне в самую душу.
— Я ничего не боюсь.
— О? — я вскинул бровь и сдвинулся так, что мое тело практически касалось Камилы, и ей пришлось снова откинуть голову назад. — Ты боишься пойти со мной на свидание.
— Матерь Божья… — растянула она, улыбаясь и качая головой, на мгновение отведя взгляд. — Ты серьезно? Ты действительно собираешь этим на меня сейчас давить?
— Ага, — подтвердил я, придвигаясь ближе.
Ее улыбка слегка дрогнула, зрачки расширились, и по тому, как она задержала дыхание, я понял, что она чертовски нервничала. На миллисекунду я задумался, даст ли она мне затрещину, если я попытаюсь поцеловать ее, и усмехнулся над этой мыслью. Да она, более вероятно, двинет мне по яйцам.
— Ну что, выяснила, совместимы мы или нет? — спросил я. — Хватило ли того, что я сел на поезд?
Девушка покачала головой.
— Еще нет.
Я глубоко вздохнул.
— Тогда спрашивай меня. Посмотрим, насколько я хорош.
— Это просто смешно, — хмыкнула она. — Мне не нужно тебя расспрашивать, чтобы понять, что мы несовместимы. Твое заявление о метро все сказало за тебя.
Я сделал шаг назад, когда мы прибыли на следующую станцию, и решил отпустить ситуацию. Очевидно, здесь все иначе, чем с Еленой. К этому моменту она бы уже была у меня в руках. За ней элементарно надо было бегать и этим покорить. Оглядываясь назад можно было сказать, что Елена, вероятно, была моей в тот момент, когда увидела меня выходящего из красного «Бугатти».
— Расскажи мне о работе, — попросил я. Настроение Камилы мгновенно поднялось.
— Сейчас я отвечаю за сбор средств для строительства новых парков. Мы возводим их в проблемных районах. — Она помолчала, склонив голову набок. — На самом деле, мы с «Бельмонте» занимаемся чем-то схожим, разве что не сносим все подряд и не выгоняем людей на улицу, а просто обустраиваем зеленые зоны и другие места, где могли бы отдыхать дети. Что-то, куда они всегда могли бы прийти.
Я долго смотрел на нее, пытаясь понять, хочу ли я ответить на ее укол о «Бельмонте» посреди переполненного вонючего поезда или нет. Решил выбрать последний вариант.
— Что за зеленые зоны?
— Футбольные поля, детские площадки, аллеи... Все зависит от голосования. Живущие там люди вправе выбирать.
— Итак, — я помолчал, нахмурившись, — какая же у тебя должность?
Она улыбнулась.
— Я делаю и то и сё, но сейчас я ландшафтный архитектор.
— Звучит... важно? Ты на него училась в колледже?
— Я специализировалась на психологии, так и попала в фонд. Сначала в качестве куратора. Большинство из нас являются своего рода мастерами на все руки. Когда появилась возможность получать более высокую зарплату за меньшее количество рабочих часов, я переквалифицировалась, а остальное уже история.
Шины снова взвизгнули, и Камилу подтолкнуло ко мне. Она оперлась рукой о мою грудь, прежде чем полностью вжаться в меня, и нервно хихикнула.
— Ты получил образование?
Я покачал головой.
— Я рано начал играть в футбол и, к счастью, был достаточно хорош, чтобы пропустить весь этот геморрой с колледжем.
— Значит, ты уже давно профессионально пинаешь мяч?
— Очень давно. — Я улыбнулся. Мне стало интересно, она специально продолжала говорить, что я пинаю мяч, а не играю в футбол, чтобы позлить меня?
— Коленки еще не болят? — спросила она, опустив глаза на мои ноги.
Я усмехнулся.
— Мои колени в отличной форме, спасибо.
— Ты лучший игрок в своей команде? — с легкостью поинтересовалась она, а затем нахмурилась. — Это грубый вопрос?
Я снова усмехнулся.
— Не то чтобы грубый, но на него трудно ответить, но думаю, что да. Я – лучший.
— Интересно. Забавно. Ни разу не слышала, чтобы спортсмен скромничал и не орал во всю глотку, что он лучший, даже если это не так.
Я пожал плечами.
— Футбол – командный вид спорта, так что хороша вся команда, даже ее худший игрок.