Стреляли со всех крыш, которые были по близости. Причем это был массовый залп с использованием навыков. Стрелы убили Вилли быстро, но ненависть к нему продолжала питать людей. Стрелки успокоились только тогда, когда тело стало похоже на подушку для иголок у очень запасливой хозяйки. Так закончился второй бунт.
И мне было о чем подумать. В первый раз бунтующие проиграли с разгромом. Их всех убили, а вот они толком ничего не смогли сделать. Второй бунт был гораздо более продуктивным. Они учли ошибки первого и теперь Вилли три раза подумает прежде чем использовать свой кровавый навык. А не сидит ли на соседней крыше снайпер, который только и ждет, чтобы он упал без сознания и начал дергаться в конвульсиях. Его кровавая защита, кстати в этот момент не работала. Видимо он тратил все силы и всю кровь на навык. Или он вообще не мог это контролировать. В любом случае все произошедшее мне только на руку.
А результаты были такими. Петр умер, Вилли тоже. А это еще минус одна жизнь у них в запасе. Напряжение между властью и людьми в городе станут еще напряженнее, и я надеюсь, что в следующий раз они не будут договариваться, а сразу же возьмутся за ножи. Для меня это был идеальный вариант. К тому же сегодня еще масса людей потеряла как минимум по одной жизни. Все это сильно урезало боевой потенциал города, на случай войны. А еще Серега смог выключить электричество, а значит будет еще больше бегущих из города, и еще больше недовольных. В целом ситуация получалась рабочая, надо только додавить, чтобы в городе вспыхнула гражданская война между бандитами. И вот тогда, будет еще легче их все х уничтожить. А мне только это и нужно, чтобы вернуться в столицу к Алене и своей группе. Там наверно дубы уже вымахали до небес. Квартиры нам отремонтировали и ребята вовсю в них обживаются. В общем настоящий рай. Да еще и аукцион, а уж на нем — то сколько интересного должно быть. Эх!
Я немного вздремнул, пока ночь не закончилась и пошел гулять по улицам. Надо было понять настроение людей. И оно оказалось каким — то непонятным. С одной стороны я видел как многие радовались, ведь вчера им удалось то, что считалось до этого невозможным. Они убили и Петра и Вилли. А это уже достижение. Досталась эта победа большой ценой и большой кровью. Да многие и сами лишились по одной жизни. Но были и те кто задумался. А еще были те кто был раздражен.
А потом я увидел отряд стражников идущих по улице. Я за ними проследил, а они остановились около одной из высоток и вломились в нее. Потом выволокли троих людей, связали их и потащили в сторону стадиона.
На все вопросы они отвечали что это приказ главы города, а они сами ничего не знают. Но я то знал. Нет не знал, но догадывался. Одним из тех кого схватили был жрец моего культа. И думаю его схватили не случайно. Я отправился за ними.
Стражники тащили пленников по улице, а тем кто не хотел идти прописывали по почкам и он почему — то отказывался от сопротивления. Так мы и дошли до той же самой парковки, на которой вчера была бойня. Трупы почти убрали, но на асфальте было полно высохшей крови и вокруг пахло смертью. А еще воняло разложением. Но видимо всем на это было плевать.
А вот дальше был суд. Причем открытый и бестолковый. Петр спрашивал у каждого, является ли он членом культа.
▬ Ты состоишь в культе? — спросил он у первого пленника.
▬ Нет — ответил тот, а Петру этот ответ не понравился.
▬ А у нас есть доказательства что да — проговорил он. — Свидетель, вы подтверждаете, что видели как этот человек приносил жертвы и молился демону?
Вперед вышел какой — то человек, скрывающий свое лицо за маской. А над головой у него не светилось ничего. Даже имени не было. У кого — то был артефакт сильнее чем моя повязка, так как скрывал вообще всю информацию. И видимо не имел ограничение по уровню.
▬ Да, подтверждаю, своими глазами все видел — ответил свидетель
Петр довольно улыбнулся.
▬ Виновен! Приговор Казнь!
Стража схватила приговоренного и бросила его гиене. А та видимо повинуясь, приказам владельца не стала его сразу убивать. Она прижала тело лапой к земле и стала откусывать по кусочку. Сначала руку. Потом ногу. И только когда конечности кончились, то и голову. Все это время осужденный кричал как только мог. Он сначала оскорблял Петра, потом Гиену, кричал что не боится, а потом орал от боли. И знова в нем просыпалась злость от беспомощности. А потом очередная боль. Гиена и Петр были довольны.