Делали на магов ставки и те, кто был далек от игр, по крайней мере, азартных. Самые богатые, влиятельные люди пяти королевств. Все, как один, толстощекие и упитанные, они, нежась в мягчайших креслах, были окружены толпой прислужников. Рабы-мужчины подавали изысканные яства, женщины-рабыни сидели у их ног, порою громко щебетав что-то настолько глупое, отчего толстопузики смеялись, с полным самодовольствия видом, опускаясь до того, что поправляли своих прислужниц. Им, как людям, совсем незаметно для обывателей правящих этим миром, этот процесс доставлял огромное удовольствие. Кресла богачей, по последней моде куривших нечто душное и сладкое, были буквально облеплены прихлебателями, наперебой восхвалявшими все те их черты, что в обычной жизни не ценились. Излишняя толстота превращалась в добрую упитанность, маленькие, скрытые под толстым слоем жира, глазки, оказывались весьма мудрыми и так далее.
Пять королей крупнейших мировых держав - О’Орокан, Де’Риакан, Аас’Перин, Канн’Маган и, наконец, Аз’Моккади, от имени которого Гость выступал, их короли и королевы, оставались в стороне. Агнесса, ставшись без поддержки своей матери, официально заболевшей, чувствовала себя весьма некомфортно, отчего частенько ерзала на кресле, не таком мягком, как у тех, кто выдавал ее стране кредит на недавнюю срочную войну под определенный процент. Помимо нее в креслах сидели: грузный мужчина лет сорока, и две женщины лет пятидесяти - пятидесяти-пяти. У одной, королевы А’Миранессы, не так давно умер от старости муж - по вполне естественным причинам, ибо стукнуло ему почти восемьдесят (по местным традициям женились богатые люди на девушках «слегка» помоложе), а вторая просто не стала ждать - отравила его быстро и просто, подсыпав легкую приправу к его вечернему вину. Об этом происшествии сначала посудачили, но потом смирились - кто оказался сильнее или хитрее, тот и прав. Гостю тогда было все равно - он прятался в глубокой пещере в горах и последние новости ему были недоступны.
Прихлебывая кисловатый сок, Гость ожидал начала турнира. Волшебники успокоились, разошлись по углам, переживая за остатки своих бород, богачи заскучали, короли и королевы, устав от вынужденных, приписанных этикетом, комплиментов друг-другу и нервных переживаний, взглядом давали придворным знаки, что лучше бы начать и не давать повод для всяких головоотрубательных действий (что поделать, нравы здесь весьма жестокие), и начинать турнир.
Дзыынь! - птичка, словно сотканная из синего дыма, взлетев под потолок, громко отметила полночь. Богачи и короли встрепенулись, зрители-прихлебатели, обсуждавшие что-то свое, мгновенно замолчали, как по команде.
-Мы начинаем соревнование! - выйдя на середину комнаты, произнес распорядитель, осунувшийся, сгорбленный годами мужчина, почесав свой длинный нос, похожий на спицу, - делаем ставки.
Настал черед помощников - люди, одетые более-менее прилично, проходили мимо рядов господ королей, затем богатеев, принимая от них не тяжелые монеты, а заранее выписанные бумажки - расписки на определенные суммы. Лица каждого было непроницаемо и оставалось только догадываться о ставках, но, зная о текущем противостоянии королевств, можно было предугадать, кто и что ставит - кто-то месячный доход, а кто-то свою жизнь и трон.
Лицо Агнессы, в силу возраста не умевшей скрывать свои эмоции, было крайне озабоченно. Гость мог предположить, что ставила она слишком много, наверняка по заказу старухи, по некоторым причинам оставшейся в своем дворце и наблюдавшей за всем происходящем благодаря придворным магам, окружавшим ее и проецировавшим соревнование на большое зеркало по размерам стены ее комнаты, - Гость буквально наяву представил, как старуха возлежит на широких подушках своей немаленькой мягкой кровати и, попивая вино, строит далеко идущие планы в масштабах не королевства, а мира.
Игра началась обыденно - все игроки старательно поддавались, тратя небольшие суммы на то, чтобы разведать противника, узнать его приемы и комбинации, чтобы воспользоваться этим в дальнейшем. Богатеи для приличия злились, топали ногами, - где-то преувеличенно громко и фальшиво плакали наложницы, перешедшие во владение к чужому человеку, по-случайности, тоже богачу, - Гостя весь этот маскарад не обманывал. Любой присутствующий здесь знал, что настоящая игра начинается чуть позже, а сейчас идет обмен приветствиями между игроками, так сказать, сувенирами, от потери которых никто не пострадает, настоящие суммы, закинутые в мешочек невзрачного человека, начнут разыгрываться только с третьего этапа, когда от пяти игроков останутся лишь трое.