Я одернул себя. Нет, идиот. Возможно, мы ортогональны тетушкиному временному потоку, или вектору, или назовите как хотите, если я правильно понял Тоби. Но дает ли это какие-то преимущества? Быть может, время там бежит быстрее, чем здесь, и, вернувшись, я найду только ее хладный труп под могильным камнем? Я затрясся сильнее, и не только из-за холодного ветра. Наконец вошел в дом и, стиснув зубы, встал у дальнего конца обеденного стола.
— Я устал от того, что меня постоянно дергают туда-сюда, — заявил я, переводя взгляд с Лун на Тоби и обратно.
— Действительно, это должно было основательно сбить тебя с толку, — угрюмо отозвался мой брат, в то время как Лун произнесла:
— Я бы не стала так это называть, Август. Ты… Они оба прервались. Тоби кивнул Лун.
— Похоже, ты проехал удивительно долгий путь по своему личному билету, — продолжила она с улыбкой. — Честное слово, никто из нас не верит, что смог бы совершить такое самостоятельно, без должной подготовки.
Я сердито посмотрел на нее:
— Я чувствую себя беглым преступником, всего на шаг опережающим разъяренную свору. Что такое дейк-cycl
Они обменялись молниеносными взглядами.
— Дейксис, — сказала Лун. — Д-е-й-к-с-и-с. Пожалуйста, сядь поближе к нам.
— Меня не интересует, как оно произносится. Я хочу знать, что это такое и как работает.
— Сядь, мальчик, ты меня нервируешь! — Тоби налил в бокал красное вино и подтолкнул ко мне по полированной деревянной столешнице. — Дейксис — это указатель в пространстве реальности. Индекс. Способ отслеживать миры и ориентироваться в параллелях.
Я с опаской переместился поближе к ним.
— Принимается, — я поднял бокал и отпил из него. Они тоже подняли свои бокалы и отсалютовали мне. — На данный конкретный момент.
Тоби добавил:
— Каждый Игрок использует один или несколько дейктических кодов. Можно сказать, носит в собственном теле, — он закинул одну ногу на колено другой и постучал себя по подошве ботинка. Надо полагать, серебристые иероглифы. — Вот каким образом ты нашел меня здесь.
— Судя по всему, ты не собираешься читать мне трехлетний курс по космической навигации над останками грибов.
Лун улыбнулась и мягко покачала головой. Ее темные волосы всколыхнулись.
— Я все пытаюсь объяснить людям… в смысле, — я споткнулся, — моим братьям и сестрам… Послушайте, это нелегко! Всю свою жизнь я был единственным ребенком. И как мне поверить в то, что у меня есть целое семейство братишек и сестричек, большая часть из которых старше моих родителей?
— Не старше, — усмехнулся Тоби, — ой, не старше!
— Я пытаюсь объяснить, что мои родители погибли много лет назад. Они летели в Бангкок. Самолет разбился в холмах. Никто не выжил.
— Их тела так и не обнаружили, — с непоколебимой уверенностью заявил Тоби, крайне удивив меня.
— Откуда ты знаешь? Нет, не обнаружили. Тайская военная полиция сказала, что повстанцы сбили 747-й ракетой «земля-воздух». Самолет взорвался и сгорел практически дотла. Тел почти не осталось.
— Они исчезли не поэтому. Август, наши родители живы.
Я потерял дар речи, все мои блистательные догадки и озарения разбились вдребезги. После долгого молчания я почувствовал, что по моим щекам текут слезы. То, как он это произнес…
— Ты не можешь этого знать! На секунду я подумал… Ты, ублюдок, как ты смеешь говорить мне подобное, когда ты сам ни черта не знаешь!
Я с такой силой стукнул бокалом по столу, что тонкий хрусталь разбился. Образовалась винная лужица. Никто не потрудился достать бумажное полотенце.
— Август, я знаю, так же, как старая ученая собака, потерявшаяся на охоте, знает дорогу домой и возвращается — через несколько дней, или месяцев, или лет. Дрэмен и Анжелина — не новички, в отличие от тебя. Они — чемпионы в Состязании Миров, сынок. И чтобы убить их, простой РЗВ недостаточно.
— Тогда где же они? — я услышал хриплое отчаяние и жалость к себе в собственном голосе. Мне стало стыдно, но гораздо хуже стыда было чувство потери и упрямой надежды. Через все это я уже прошел один раз, в детстве. Мир казался белым и пустым, а сам я вел существование зомби. И сейчас пустота снова засасывала меня. Нет, только не это!
— Мы думаем, они спрятались, — произнес Тоби бесцветным голосом. — Такие люди, как мы… мы приходим, мы уходим. Иногда участвуем в Состязании. Иногда залечиваем раны или утешаемся в каком-нибудь зачарованном уголке. Время от времени влюбляемся, — тут он лукаво взглянул на Лун; она в ответ опустила глаза. Я снова вздрогнул. Собрал в кучку осколки хрусталя и аккуратно водрузил их в красную лужицу. В моем сознании вспыхнула яркая, словно картинка из комиксов, мысль. Неожиданно, к собственному изумлению, я понял, что ухмыляюсь.