Так Кайсаров не дрался еще никогда. Он бил в головы и тела, срывая кожу с костяшек. Кровь с его собственной разбитой брови стекала в глаза. Под кулаком хрустнули чужие зубы. Чужой удар пришелся в солнечное сплетение и дыхание пресеклось. Деций почти упал, но удержался на ногах, когда дико закричала Леля -- ее уже тащили за волосы в чужую палатку.
Постума повалили на землю и пинали ногами. Аватар Авуса все так же пассивно сидел у костра и пустыми глазами таращился на огонь.
-- Мочи римлянина, парни! — призывал Бренн.
В ту же секунду холодное лезвие ножа сверкнуло у лица, Деций успел прикрыться рукой, а потом густая, по контрасту горячая кровь потекла по предплечью. «С этим сумасшествие пора кончать».
Он быстро нагнулся. Уклоняясь от еще одной атаки, выхватил их костра полыхающую ветку и сунул ее Бренну в морду. Галл заорал и схватился за опаленные брови. Повреждение, видимо, оказалось серьезным, потому что враг упал на землю и продолжал орать там, закрывая ладонями лицо.
Сообщники Бренна бросили Лавинию и поспешили на помощь главарю так синхронно, что Кайсаров заподозрил в них ботов. Боты подняли галла и повели его прочь, бережно придерживая за локти.
-- Эй, Постум, ты как? — позвал Деций, но избитый командир на его глазах растворился в воздухе, видимо, вышел из игры.
Безжизненный аватар Авуса все так же сидел, не двигаясь. Корнелия и Фабия то ли убежали в темноту, то ли тоже отправилсь в оффлайн, и только Лавиния плакала, сидя на земле.
Деций помог ей стать, ощущая под пальцами теплую кожу и грубую ткань сотканной вручную одежды. «Я не должен это чувствовать, у меня же в руках манипуляторы».
-- Иди в палатку. Побудь там и успокойся. Или, может, выйдешь из игры?
-- Нет-нет, я не хочу оставаться одна. Побудь со мной, пожалуйста. Вдруг они вернутся?
-- Да никто уже не вернется. Там один живой человек был — этот самый Бренн, а по жизни, может, Вася Пупкин, мамкин сладкий пирожок. С ним — два бота. Все трое ничего не могут сделать, понимаешь — ничего. У них планшеты, в лучшем случае — очки, а этого самого атрибута, которым… ну, сама понимаешь. Его пацанам в игре не прикрутили.
-- У тебя кровь.
-- Она не настоящая.
-- А выглядит как настоящая.
-- Ты что — тоже в очках?
-- Ага. Я раньше никому не говорила. Ребята не знали.
Они сидели вдвоем в темноте, Леля все еще дрожала и обнимала соратника за шею. «Насчет того, что атрибута в игре нет, я, похоже поторопился. Похоже, с этим тут все нормально. Спокойно. Надо взять себя в руки, а ее просто поцеловать. Так сказать, для начала по-дружески. А там посмотрим».
Он потянулся к Леле и почти дотронулся до ее губ, но она внезапно отстранилась а потом просто растаяла в руках.