— Маме хочется отомстить уже двадцать лет как. — тихо сказала Фабиола. — Только она не может придумать, кому. Так что в своих суждениях ты можешь оказаться прав намного больше, нежели сам думаешь. И заметь — я сказала, что ее логику можно понять. Я не говорила, что ее можно принять.
— В любом случае, ты ее знаешь лучше, чем я. — резюмировал я. — И что, теперь замок в порядке?
— В лучшем виде. Так что я решила направить маму в нужное русло и намекнула ей, что было бы неплохо наконец посмотреть на твое оружие в деле. В смысле, ей посмотреть. Я-то уже видела.
— И как тебе?
— Эффективно. — поморщилась принцесса. — Только очень громко.
— Это потому что в помещениях стреляли. На воздухе будет не так громко. — пообещал я.
— Ну, тогда надо будет запастись берушами, потому что званый вечер пройдет в помещениях.
Я сощурился:
— Какой еще званый вечер?
— Ребенок не построит такой же замок, каким был сломанный. — вздохнула Фабиола. — Он построит лучше — выше, красивее, сложнее. Чтобы показать, что трудности его только закаляют. Вот и мама так же — вместо простой демонстрации нового оружия в узком кругу она хочет провести большой званый вечер, на котором и презентует новое оружие всем важным шишкам страны, чтобы все узрели истинную военную мощь королевства.
— Но это же… Идиотизм! — я не смог подобрать слова лучше. — Такое оружие наоборот надо держать в тайне до самого момента его применения, чтобы противники не успели или не смогли подготовить средства противодействия или защиты!
— А такие есть? — усмехнулась принцесса. — В чем защищаются от громострела в твоем мире?
— Бронежилетами! Ну это такая броня, состоящая из множества слоев особой прочной ткани, зачастую проложенные, а то и вовсе замененные керамическими или стальными плитами. М-да, ты права, в вашем мире аналогов этому пока что нет. Но все равно — а как же вероятные утечки информации?
— Мама считает, что пусть информация себе утекает, — Фабиола пожала плечами. — Она думает, что это поднимет статус королевства в глазах всех остальных стран, в том числе и Аркейна, которые, возможно, что и поостерегутся нападать на нас, когда у нас есть чем дать отпор.
— Но это же не навсегда! А лишь до тех пор, пока аркейнцы не обаведутся собственным громострельным оружием, или пока не придумают, как бороться с вашим!
— А вот этого мама уже не понимает. — вздохнула Фабиола. — Обиженный ребенок тоже надеется, что его обидчик ушел навсегда и больше никогда не вернется. Хотя в глубине души прекрасно понимает, что ничего еще не закончилось.
Я сел на табуретку и задумался. Если дела действительно обстоят так, как говорит Фабиола, то дела королевства идут хуже некуда. Прямо в топку они идут, если быть до конца честным. Не Аркейн, так кто угодно другой в любой момент времени мог воткнуть нож в спину наследию короля Айрона, потому как его вдова, судя по всему, утратила саму волю к жизни после его смерти. Что уж говорить о желании править королевством. Не удивлюсь, если все эти годы она жила только мыслями о том, как бы вырастить Фабиолу, а потом — гори все синим пламенем.
Фабиола подошла ко мне и села на колени, обвив руками шею. Положила голову мне на плечо, щекотя волосами ухо.
— Почему королева так поступает? — тихо спросил я. — И почему ты ей это позволяешь?
— Я всего лишь принцесса. — вздохнула Фабиола. — Я всего лишь хранительница артефакта, и то — бракованная.
— Это еще почему?
— Ну… — Фабиола ощутимо напряглась. — Маленькая же я. Не в папу пошла, никак.
— Тоже мне, брак. — усмехнулся я. — Мама у тебя тоже не великанша.
— Когда папа был жив, она переживала по этому поводу. — улыбнулась Фабиола. — А когда папы не стало, она перестала волноваться вообще. С того момента она стала считать любое свое решение априори правильным. Хорошо хоть она не лезла в те сферы, в которых не понимает совсем ничего — например, в армию, полностью доверив ее Койлу и доверяя ему, как доверял, в свое время отец. Что не полезла в гвардию и стражу, оставив это Аберфорту. Что оставила на своих местах людей, ответственных за те или иные сферы жизни, что не захотела мифических перемен, и не перетасовала всю колоду ключевых фигур королевства так, что уже не разобрать, где туз, а где шут.
— И вся эта колода будет на званом вечере? — уточнил я.
— А как же. Министры, советники, председатели, цеховые главы, еще двадцать пять видов всяких чиновников. — Фабиола сделала вид, что ее подташнивает. — Когда на самом деле достаточно показать оружие десятку человек, и научить с ним обращаться, чтобы они научили еще десяток, и так далее. Да пять из шести этих приглашенных даже выстрелить сами не смогут, потому как полностью лишены магического дара!
— А королева не боится, что среди всех этих приглашенных может затесаться очередной диверсант, который устроит нам еще один незабываемый вечер, плавно переходящий в ночь?
— Не боится. — усмехнулась Фабиола. — Она же не занимается этим напрямую. Она дает задания и желает видеть их выполненными, а как они будут выполнены — ее мало волнует. Поэтому за приглашение и общую программу вечера отвечаю я, за охрану — Аберфорт, за оружие и его безопасность — разумеется, ты, ну и далее по мелочи. А мама, раздав указания, снова утонула в своих конторских книгах.
— Сюр какой-то. Как королевство до сих пор существует с таким управленцем во главе?
— Каким-то чудом. — печально улыбнулась Фабиола. — Только каким-то чудом.
— Удивительно, что ты это понимаешь тоже. — пробормотал я. — Учитывая, кем ты являешься, ты должна воспринимать всю политику королевства как само собой разумеющееся. Ну, в моем понимании.
— Это только в твоем понимании. На самом деле, мама практически не воспитывала меня. Я же тебе рассказывала — первые недели она вообще напоминала оживший труп — даже не шевелилась. Мною занималась Винья, и как-то так получилось, что она же меня и воспитывала. В отличие от мамы, я общалась с огромным количеством разных людей из разных слоев общества — от бедняков до знатных вельмож. У меня была в распоряжении вся библиотека замка и города в принципе, но я предпочитала собирать информацию из первых рук. И в итоге я стала принцессой королевства со всеми ее правами и обязанностями, но я не стала приверженцем политики короны. Такая вот дилемма.
— Стало быть, ты хочешь занять место королевы, чтобы привести королевство к процветанию, как твой отец? — догадался я. — Вернуть былую славу и все такое?
— Хотелось бы, но не получится. — вздохнула Фабиола и снова уткнулась носом в мою шею. — Да и мама… Она не плохая, она даже как правитель не плохая. Она просто не видит проблем перед носом, зато создает проблемы себе сама — там, куда еще не дошла. В итоге получается, что она спотыкается всю свою жизнь, но уже настолько привыкла к этому, что иначе просто не мыслит.
У меня внезапно созрела в голове интересная мысль.
— А все близкие наверняка поддерживают ее и говорят что-то из серии «С кем не бывает, в следующий раз получится»?
— Кроме меня. — кивнула Фабиола. — Но меня она редко слушает. В ее понимании я до сих пор маленький ребенок.
— И значит, никто и никогда не пытался поставить ее мнение под сомнение. — продолжал я размышлять вслух.
— Пытались, поначалу, в первые годы ее правления. Но ставить под сомнение ее решения чаще всего означало начать объяснять, что именно в нем не так, а это неминуемо влекло за собой упоминание отца, как мне рассказывала Винья. А упоминание отца мгновенно выбивало маму из колеи на срок до недели. И королевство оставалось практически обезглавленным.
— Занятно. — оценил я. — Значит, все привыкли. А что, если я скажу тебе, что у меня есть одна идейка, как заставить голову королевы работать в нужном и правильном направлении? Хотя бы в том, что касается моего оружия?
Фабиола подобралась, как гепард перед прыжком:
— Я слушаю.
— Мне от тебя кое-что понадобится. Во-первых, поменять программу вечера так, как я скажу. Во-вторых, помочь мне с поиском нескольких людей, обязательно из обслуги замка. Восьмерых хватит. И в-третьих… Надо будет как-то сделать так, чтобы меня после этой выходки не казнили.