Не успела я сделать хотя бы один глоток воздуха, как в лёгкие ворвался знакомый до боли в сердце одеколон. Терпкий, один из самых дорогих. Так обычно пахнут бандиты.
Обернувшись, я заметила его. Мой мучитель сидел за одним из столиков в вип-ложе и пил любимое вино. Эстетично, конечно, но я прекрасно знала, насколько конченая сволочь скрывается за всей этой «эстетикой». Он действительно напоминал того мужчину, которого хотят многие женщины. Но не многие из них знали, насколько он тварь. Его широкие плечи невозможно не заметить, уверенная походка, сильные руки с массивными пальцами. А это лицо… Широкие скулы, вечная тёмная щетина…
И этот взгляд тёмно-зелёных глаз.
Заметив, как он на меня смотрит, я еле удержалась, чтобы не сжаться.
Глава 1.2
Почувствовать себя уверенной и хоть как-то поднять голову было невозможно – слишком мерзкий, буквально обливающий грязью взгляд настоящего хозяина, – и этого места, и жизни. Наверное, не устоял бы никто, даже самые стойкие девушки. Интересно, многие здесь бывали на моём месте?
Но пришлось откинуть эти мысли – Михаил сделал барский жест, подзывая к себе. Золотая цепь на его шее угрожающе качнулась. Наверное, будет меня отчитывать. Больно, ударяя и по самолюбию, и по телу. После такого я всегда чувствовала себя грязной.
Направилась в вип-ложу, стараясь идти побыстрее. Но не получалось. Ноги словно сами замедляли ход, ведь я догадывалась, что меня не ждет ничего хорошего. Под ложечкой неприятно засосало. Хотя я никогда не отличалась развитой интуицией, почему-то казалось, что сейчас будет нечто похуже, чем обычная выволочка. Раньше Михаил никогда не отвлекал меня от работы, пока я не заканчивала смену…
Остановилась напротив него. Он сделал раздражённый и в то же время повелительный жест, приказывая наклониться поближе. И, конечно, не мог удержаться, чтобы не ощупать своим сальным взглядом мою грудь, которая буквально вываливалась из выреза слишком откровенной формы.
- Вот что, Али-и-ина, - протянул он моё имя с мерзкими интонациями. - Ты работаешь на меня. Так почему ты не уважаешь моих друзей?
- Что? - это вырвалось у меня, прежде чем я успела сформулировать нечто более почтительное.
Я не понимала, о чём он говорит. Я вообще была не знакома с его друзьями!
- Ребята жалуются, - настойчиво продолжал Михаил. - Ты ими пренебрегаешь. Ведёшь себя, как гордячка, отворачиваешься от них и шарахаешься, будто они какие-то грязные бомжи. Знаешь, официантка не должна смотреть на клиентов, как на дерьмо.
- Но я ничего подобного не делала, - промямлила, не зная, что ему ответить. - Я просто выполняю свою работу… В правилах сказано…
- В правилах сказано, что гость должен быть доволен! - отрезал Михаил. – А ты боишься. Да-да, я вижу, что ты боишься, как бы кто-то из них не замарал твоё чистенькое тельце! Вот что, они сильно тобой недовольны. Пожалуй, они смогут успокоиться, только если я отдам тебя им и прикажу молчать.
Что? Что он хочет сказать и к чему ведёт? Его друзья недовольны тем, что я не позволяла им себя лапать? Но как я могла что-то не позволить этим хозяевам жизни? Я только старалась отодвинуться, отойти, увернуться… Я даже не пыталась давать им отпор! И тем более говорить вслух, чтобы не смели трогать меня. Конечно, им было наплевать на правила. Нужно было давно об этом догадаться…
Что теперь делать? Или, может, он просто врёт, чтобы припугнуть меня, а его друзья забывали обо мне, как только я отходила от их столов? Черт, надо же было так попасть…
- Этого больше не повторится, - пробормотала смиренно. – Поверьте, я не специально. Я даже не знакома с вашими друзьями и не могла смотреть на них свысока, для меня все клиенты одинаково уважаемы.
Наверное, не стоило этого говорить. Губы Михаила искривились противной ухмылкой, и он протянул:
- Уважаемы, говоришь? Вот сейчас и покажешь, как ты их сильно уважаешь.
И не успела я опомниться, как он резко вскочил, схватил меня за запястье и с силой поволок за собой.
У меня не было ни малейших шансов. Ноги подворачивались на высоких каблуках. Михаил был сильнее - огромный бугай, который мог переломать мне все кости одним пальцем. У меня мгновенно пересохло в горле, сердце застучало в ушах, и я чуть не согнулась пополам от липкого ужаса, который моментально охватил все существо.