- Выходите. Я со всем разобрался, - его голос звучал необыкновенно, словно сплав беспокойства, желания спрятать эмоции и тонких нот злости.
Он протянул мне руку и я, по привычке, протянула ту, которую рассекала большая красная царапина.
Мужчина заметил. Осмотрел её достаточно быстро, хотя я моментально спрятала её и протянула другу. Хотя… Это для меня моментально, а для него даже с опозданием.
В любом случае, Кирилл помог мне выбраться, буквально поставил на кристально-чистый пол и, оглядев беспокойным взглядом, чётко проговорил:
- Проводи Олю в комнату. Затем – жду в моём кабинете.
Глава 4.6
В кабинет к оборотню я шла с лёгким опасением, которое становилось всё сильнее по мере того, как я приближалась к двери. Чего он хочет? Будет отчитывать меня за то, что не уберегла ребенка? Ну так в этом случае мне есть что ему ответить! Но что, если он просто скажет, что должен увезти Олю куда подальше, а мне нужно уйти и больше никогда с ней не видеться?
Страшно подумать, но я из пленницы превратилась в добровольную няньку. Если пару недель назад я мечтала вырваться отсюда, то сейчас, наоборот, боялась расставания с девочкой больше всего на свете. И ещё был Кирилл, свои чувства к которому я так и не смогла до конца постичь…
Оборотень не сидел за столом, а нервно расхаживал из угла в угол. Когда я вошла, он повернул голову и посмотрел на меня.
- Прости, - сказал он без предисловий. - Я должен был всё предусмотреть, но я не смог защитить дом и своего ребёнка.
В первый момент я даже не знала, что ответить на такую неожиданную откровенность.
- Но ты защитил, - возразила через несколько секунд. - Ты всё-таки успел…
- Успел. А что будет, если в следующий раз не смогу?
Опасения начинали сбываться. Неужели от меня хотят избавиться? Но он был прав. Мне нечего было на это сказать.
- Можешь и не успеть, - признала я. - И что теперь? Ты всегда существуешь, ежеминутно боясь нападения и каждый раз отбивая своих близких и свою семью от атак? Сомнительная это честь - быть альфой, в таком случае.
Оборотень почему-то обозлился.
- Нет! - рыкнул он, глядя на меня пылающими глазами. - Это временно! В городе объявились нахалы, которые решили заняться дележкой власти. Скоро я покажу им их место, и всё успокоится. Но до тех пор Олю нужно увезти подальше.
Так я и думала. Посмотрела на него перепуганно:
- А как же я?
- А ты… - пробормотал он с некоторым сомнением и умолк. Он глядел на меня несколько секунд, будто сам до конца не решил, что делать. - Лучше было бы, конечно, найти ей няньку из волчиц…
- Лучше найди хороших охранников-волков! - не выдержала я. - Она успела полюбить меня! Ты не можешь нас разлучить!
- Да, я вижу, что ты тоже успела полюбить её, - хмыкнул Кирилл. – Хорошо, я… благодарен тебе. Оля стала спокойнее, ты действительно много для неё сделала. Но вам придется ненадолго уехать.
Я выдохнула с облегчением. Самое страшное позади.
- Хорошо, - произнесла в ответ. - И ещё кое-что. Когда мы убегали, у Оли прорезался коготь. Вот, посмотри.
И я продемонстрировала ему подсохшую царапину у себя на руке. Кирилл взял мою руку в свои горячие ладони, прикосновения которых буквально обожгли так, что по венам потёк огонь. Он поднес мою кисть к глазам, хотя я могла поклясться, что он и так отлично всё видел. Оборотни вообще редко жалуются на проблемы со зрением.
Он разглядывал моё ранение, неосознанно поглаживая кожу, и мне хотелось то ли вырвать руку, то ли замурлыкать и прикрыть глаза, отдаваясь блаженству. Его прикосновения действовали на меня непостижимым образом. Я не понимала, почему так реагирую и почему такое удовольствие растекается по телу от его горячих пальцев. Это же похититель! По большому счёту, мой враг, который силой захватил меня и до сих пор считал шлюхой! А хотя… может, уже и не считал, если готов был доверить мне свою дочь.
- Уверена, что тебе не показалось? - негромко спросил Кирилл. В его голосе прорезались бархатные мурлыкающие нотки, от которых снова захотелось прикрыть глаза.