- Что же, полагаю, сегодня мы этого разговора всё равно не избежим, - он медленно сделал шаг ко мне.
- О чём ты?
- Я понимаю твоё негодование. Но мы с Ирой встречались не для того, чтобы сойтись снова.
Я оторопела. Такого варианта я и вовсе предусмотреть не могла. Почему-то мне казалось, что единственная причина – возобновить отношения. На секунду, я заглянула в глаза Кирилла, с удивлением замечая там только искренность и жгучее желание рассказать мне обо всём. Будто… Будто я была для него чем-то бОльшим?
- Алина, эта женщина первой пригласила меня в ресторан. Для того, чтобы забрать Олю, при моём сопротивлении – через суд. Она настроена решительно и каждый раз, когда я задавал ей вопрос о том, зачем ей Оля, она постоянно уходила от ответа. Я не верю ни единому её слову.
В нём на мгновение зажегся опасный волчий огонь, но вовремя вспомнив о том, что я рядом, он успокоил гнев – злость уступила место глубокому, но едва заметному оттенку печали.
- Алина, я никогда не прощу ей то, что она пыталась отравить моего ребёнка. Ребёнка, который даже не может сказать «нет»; который полностью зависим от матери.
Это признание вышибло меня из колеи. Сложно было что-то говорить, о чём-то думать. Как же много потрясений в один день. Сердце разрывалось от каждого слова. И эту женщину любит Оля? Но почему? И зачем ей сдалась дочь, которую она буквально насильно превращала в человека? Я против всех этих «волчьих» стереотипов, но волчья стая – свой мир. А Ирина не просто вытащила девочку из этого мира – она закрыла ей ворота. Разве ТАК поступают любящие матери?!
Сама не своя, в каком-то сумасшедшем порыве страха, я медленно подошла к Кириллу и дрожащими руками обняла его за шею, всё ещё не понимая, кого боюсь потерять больше: Олю или его. Обоих.
Наконец ответ мне стал очевидным.
- Ты здесь потому, что хочешь забрать нас назад, чтобы мы присутствовали на заседании? – я прошептала это настолько тихо, насколько могла, но оборотень услышал. Конечно, у него же хороший слух. Чем я думала…
- Нет. Я здесь для того, чтобы защитить вас.
- Нас… Обоих? – я подняла на него глаза, встречаясь с серьёзным, но полным решительности взглядом. – Олю и её няню?
- Обоих, - медленно проговорил Кирилл, будто хотел, чтобы я точно расслышала. - Олю и женщину, которую я не хочу отпускать.
Я даже не заметила, как он потянулся ко мне, сжимая руки вокруг моей талии. Внутри вспыхнуло странное, не похожее ни на что чувство. Как только его губы прикоснулись ко мне, я почувствовала, как сердце начинает отбивать неестественно быстрый ритм. Руки сами легли на его плечи, сжимая их крепче.
Кирилл усилил напор, углубляя поцелуй. Я чувствовала это каждой клеточкой тела, под его ладонями кожа вспыхивала пожаром. Будто чувствуя то, что теперь от переполняющих эмоций я переполняюсь страстью, он скользнул языком по нижней губе, заставляя меня податься вперёд. Я поддалась его ритму, опустила руки как раз на молнию, чувствуя, как тесно Кириллу в штанах.
В эту секунду мы словно превратились в два оголённых провода, чьи чувства были друг другу слишком очевидны. И даже когда он прервал поцелуй, я чувствовала, как низ живота сладко щемит от предвкушения.
Вдруг, я ощутила его руки. Он резко подхватил меня на руки так, будто я была его невестой.
Глава 5.6
В его мощных объятиях я чувствовала себя, как пушинка. Казалось, словно меня подхватил неумолимый поток и несет куда-то, Я уже не могла ни о чём думать, не могла сопротивляться. Казалось, что Кирилл сейчас бросит меня на постель, словно куклу. Однако он опустил меня туда бережно и принялся поглаживать своими горячими ладонями моё тело, точно давая привыкнуть к нему.
Но мне уже не требовалось привыкать. Я чувствовала, как разгорячаюсь всё больше и больше. Кирилл осторожно потянул вверх край моей ночной рубашки. Вернее, это была не совсем ночная рубашка, просто лёгкое платьице, в котором я могла ходить по дому или спать, а для выхода на улицу надевала что-то другое.
Его рука замерла в районе моей шеи, и он уставился на мою грудь. Под его взглядом я ощутила себя полностью обнажённой. Глаза горели, альфа откровенно любовался, а потом провел большим пальцем по моему соску.