Где-то на краю сознания остались мысли, как я буду превращаться обратно. Что для этого нужно? Тоже изменить восприятие и постараться выпустить наружу на этот раз человека? На волчица об этом не думала, она продолжала мчаться… Как вдруг острая боль пронзила мою ногу, точнее, лапу!
Я громко взвизгнула. Боль была адская, невыносимая, в первый момент мне показалось, что мне оторвало ногу. Я опустила глаза и увидела, что лапу сжимают какие-то железные тиски, а белоснежная шерсть уже запятнана кровью.
Дернула лапой, стараясь вырваться, однако стало ещё хуже. От невыносимых страданий и мучений, которая доставляла впившаяся в мою плоть железка, уже темнело в глазах. Я снова громко взвизгнула, пытаясь позвать на помощь своего истинного и зная, что он чувствует, что со мной что-то не то, и, наверное, уже мчится на помощь…
Но мне не хватило сил дождаться его. Пелена перед глазами сомкнулась, и я потеряла сознание. Снова. Ещё раз за последние сутки.
Когда пришла в себя, боль никуда не делась. Но стало немного легче, и я чувствовала, что меня куда-то несут. Я уже стала человеком, ощущала собственные руки, ноги, восприятие вернулось к обычному, если слух и был острее, то ненамного. Наверное, у прирождённых оборотней острота слуха не меняется в зависимости от человеческой или звериной формы, но я чувствовала разницу.
- Как ты? - спросил Кирилл, напоминая мне о недавнем происшествии возле суда. - Ты попала в капкан. Какой-то придурок наставил капканов в заповедной части леса. Сейчас мы вызовем к тебе врача, а потом я пойду и просто порву его.
- Капкан? - пробормотала я. - Но почему… Кирилл, почему я не поняла, что бегу навстречу опасности?
- Трудно сказать, - вздохнул он. - Может быть, твоя волчица знала, что там опасность, Но понимала, что должна как-то указать на неё, чтобы больше никто не попался в эту ловушку. В этом лесу много обычных волков. Скоро ты поймешь, что оборотни относятся к ним, как к несмышленым младшим братьям.
Несмотря на дикую боль, которая всё ещё мучительно терзала моё тело, я рассмеялась. Это так забавно звучало - оборотни, в которых больше человеческого, чем звериного, которые сохраняют здравое сознание даже в звериной форме, относятся к лесным животным, как к своим братьям. Но… что-то в этом было.
- Есть лисы и прочая живность, - сказал Кирилл. Потом он выругался. - Здесь же не напрасно запрещено ставить капканы и охотиться! Я даже догадываюсь, какая мразь это сделала. Сейчас я займусь всем, чтобы она получила по заслугам.
Кирилл быстро домчал меня домой, по дороге вызвал врача.
- Прости, что твоя инициация в волчьем обличье получилась такой жёсткой, - сказал он. - Обычно волков, которые учатся обращаться не в раннем детстве, а в более позднем возрасте, нужно беречь всех неожиданностей, которые могут им помешать. Лишний стресс может наложить отпечаток на волчий образ. Рана быстро заживёт, и мы попробуем снова. К тому времени там не останется никаких капканов. Может, я даже выпущу того, кто это сделал, чтобы ты могла поймать его и разорвать.
- Не говори так, испугалась я. - Я не собираюсь никого убивать. Просто постарайся устроить ему неприятности, ладно?
Судя по взгляду Кирилла, сомневаться в этом не приходилось.
- Все неплохо, - сказал врач - пожилой седой старичок, который выглядел довольно бодро и говорил уверенно. - Здесь мы видим молодую волчицу, которая получила травму. Если бы вы были человеком, я бы диагностировал разрыв сухожилия и предрек бы вам хромоту на всю оставшуюся жизнь. Но благодаря волчьей сущности заживет за неделю, и на дальнейшей жизни это никак не отразится. Но я вижу что-то странное… Обычно волкам хватает одного-двух дней на заживление, но у вас, по-видимому, ослабленная кровь. В ваших предках был человек?
- Да, - ответила я. «Даже больше, чем один человек», - подумала про себя.
Врач наложил повязку, обработал рану и уехал. Убедившись, что я неплохо себя чувствую, Кирилл оставил меня в компании вкусняшек и Олечки, которая вприпрыжку бегала вокруг дивана. Малышка сочувствовала мне и всё порывалась погладить по больной ноге, но не боялась. Она, как волчица, с детства привыкла, что раны - это неприятно, но они быстро заживают.
Я не говорила девочке, что мать готова вот-вот отнять её, и только чудо в лице Кирилла помогло оставить её у нас. Не стоило её пугать. Поэтому мы вместе смотрели мультфильмы и играли в какие-то простенькие игры, которые не требовали от меня много движений. Затем зазвонил телефон.
На дисплее высветилось «Кирилл». Я взяла трубку, ожидая хороших новостей.
Однако голос в трубке оказался вовсе не тем, который я привыкла слышать. Это был не Кирилл.
- Добрый день, - холодно произнес незнакомый мужчина. - Кем вы приходитесь Кириллу Абальскому?
- Что случилось?
Я мгновенно похолодела, мир стал словно нереальным, мозг отказывался верить, что что-то могло случиться.
- Он попал в ДТП, у его машины отказали тормоза. Сейчас он в реанимации Первой городской клиники. Кто-нибудь может приехать?