Тот стоял, настороженно всматриваясь в прилетевших и по тому, как изменилось его лицо, она поняла, что она ждал ее. Мужчина преодолел разделяющие их несколько метров, чуть не снеся с ног какого-то мужика с двумя чемоданами и обнял Катю. Внутренности возмущенно запротестовали, а у нее не было сил, чтобы обнять его взамен. Сердце рвалось на части и уткнувшись в Сергея, она тихо заплакала.
Глава 21
Получив подтверждения того, что Кейт прилетела с Москву и ее Сергей встретил ее, Карим поборол желания швырнуть телефон об стену... Он уже несколько раз успел пожалеть, что отпустил ее, всю ночь не спал, утром не ел... Ему было плохо без нее, а еще хуже становилось, когда он осознавал, что сам отказался от нее... Такое было просто непростительно и он вскипал снова и снова...
- Карим, - из раздумий вырвал голос отца, - нам нужно поговорить, - это был не вопрос, скорее приказ, поэтому сын послушно вынул себя из объятий мягкого прикаминного кресла и подошел к отцу...
Тот же тут же развернулся и отправился к себе в кабинет, не собираясь что-либо обсуждать на ходу...
- Где твоя шлюха? - без прелюдий задал вопрос король и Карим поморщился.
- Не называй ее так, - попросил он отца, - проблем она не доставит... она вернулась в Москву....
- А ты помнишь, о каком будущем для нее говорили мы с тобой?
Карим кивнул, - прости отец, ей нужно было вернуться...Я знаю, что она никому ничего обо мне говорить не будет...
- Откуда такая уверенность?
- Я просто знаю и все...Поверь мне, я это неинтересно...
- Мне казалось, что ты вырос и понимаешь некоторые вещи, - в голосе Зафара было плохо скрытое раздражение, - но я ошибался. Но, опустим это. Я хочу, чтобы ты принял решение относительно своей женитьбы. И побыстрее.
Карим безразлично пожал плечами, - что тебе помешало самому принять это решение? Раз ты этого хочешь...
- Стране нужен наследник и, увы, не от твоих шлюх!
Карим скрипнул зубами от злости, - тебе прекрасно известно, что от моих шлюх у меня потомства нет...
- Ошибки всегда бывают, а я не хочу выбрасывать ублюдка в пустыню.
Карим закатил глаза, - ты хочешь свадьбу, тебя устраивает эта девица, значит, пусть будет свадьба... вот только если с ней не получится заделать наследника, значит, я у тебя порченный...Но ничего, трахнешь ее сам! - Карим встал, - я должен идти...
Спорить с ним было по меньшей мере глупо. Ведь он, как всегда уверен, что прав, а Зафар столько сил потратил, чтобы привить мальчику уверенность в себе, что похоже, слегка перестарался. Хотя, это его сын, так что ничего удивительного. Он лишь чуть поморщился, когда хлопнула дверь и подумал, что заделать ребенка Садии было бы не плохо... И вообще ему стоит навестить своих девочек, которые наверняка истосковались. А Карим... он перебесится и возьмет себя в руки. Зафар в этом уверен.
***
Там в Эмиратах, Катя мечтала оказаться дома. В своей квартире, в своей спальне, в своей кровати. Накрыться одеялом с пандами, положить голову на любимую подушку и привычно протянув руку, погасить ночник. Теперь, когда все это стало реальностью, это не вызвало восторга.
Она вообще как-то очень невнятно помнила свой прилет. Сергей, прижимающий ее к себе, странно пах сигаретами, а ведь раньше этот запах казался привычным. Она не помнила, как он повел ее в машину, но почему-то помнит, как он пристегнул ее ремнем. То ли это была забота, то ли он боялся, что она может испариться. Запах лимонной вонючки в машине. Серега обожал ее, а ей никогда она не нравилась. Московский воздух… Все это так отличалось от той жизни, где она была пленницей. Но там, она мечтала об этих мелочах, а тут… Катя бросила взгляд в окно и тут же отвернулась. Сергей молчал, лишь периодически стискивал ее руку своей, чего не делал раньше.
Дома она прошла в душ, сославшись на то, что ей надо привести себя в порядок с дороги. Скинув одежду, она посмотрела на отражение в своем зеркале и ужаснулась. На теле были желто-иссиние разводы. Ее передернуло, и она быстро шагнула в душевую кабину. Надо смыть с себя все. Все эти запахи, всю боль и страх. И Карима. Смыть с себя его руки, его тепло, его сердцебиение. Безумие. Она ненавидела его. Он украл ее, купил как вещь и держал в плену. Рука с мочалкой стала сильнее тереть кожу, пока она прогоняла воспоминания.