Кир только сейчас с удивлением понял, что его защита срабатывает против воздействия любой энергетики, как положительной, так и отрицательной.
От святого исходило тепло, доброта и понимание. Воины легиона протягивали к нему руки, чтобы коснуться его одежды, простого белого балахона. Почти все они плакали и не стыдились своих слез.
Святой легко касался головы воина, и тот вставал с просветленным сияющим лицом. И Кир чувствовал, как из их душ уходили боль и страх, чувство ненависти, злобы и усталости.
Криса прижалась к нему. Но чем ближе подходил святой, тем сильнее Кир ощущал, как ей хотелось побежать навстречу ему. Криса подняла голову и вопросительно посмотрела на него. Кир кивнул и ласково улыбнулся.
— Иди, дочка, — сказал он.
Криса сделала несколько шагов навстречу святому, когда тот проходил мимо последних воинов. Святой подошел к Крисе и положил руку ей на голову. Кир почувствовал, что серебристая сфера, закрывающая ее мозг, пропадает.
Криса заплакала, и даже сквозь свое боевое состояние он почувствовал, как исчезает тоска, боль и отчаяние, то, с чем жила она эти дни после смерти Тины. Кир облегченно вздохнул и только сейчас понял, что в глубине души он боялся, что эта внутренняя боль у нее никогда не пройдет.
Сотник что-то сказал святому. Тот поднял голову и посмотрел на Кира. Странная тень мелькнула на мгновение в глазах святого и исчезла. Святой решительно пошел к нему.
Криса шла сзади, держась за его белый балахон, в ее. глазах было столько доверия, теплоты и обожания, что Кир помотал головой и зажмурился. Она никогда так не смотрела на него, чувство ревности на мгновение мелькнуло в нем и исчезло. Святой подошел к нему, внимательно посмотрел в глаза и тихо сказал, обращаясь к сотнику:
— Мне необходимо поговорить с этим человеком наедине.
Тот кивнул и, обняв за плечи Крису, отвел ее в сторону. Кир зашел вместе со святым в шатер. Тот сел на единственный стул, стоящий в шатре, и пристально посмотрел на Кира. Кир молча сел на ковер.
— Ваша дочь еще долго не сможет говорить, — сказал печально святой. — Я не смог убрать все последствия душевной травмы, но облегчил ее мучения. Она никогда не станет такой, как прежде, но такова наша плата.
Кир хмуро кивнул:
— Она сможет стать со временем такой, как мы, — продолжил святой. — Если вы решите, что это подходит для нее, мы готовы взять над ней опеку.
— Она принадлежит другому миру, ее судьба там, — сказал Кир.
Святой понимающе кивнул:
— На тот случай, если вы передумаете, церковь будет предупреждена. Теперь поговорим о вас. Что происходит такого ужасного в нашем мире, что бог прислал мстящего ангела?
Кир усмехнулся:
— Почему вы решили, что я — мстящий ангел?
Святой пожал плечами:
— Вы не такой, как мы, но вы обладаете силой и даром. Вы свободны в выборе средств, и вы можете убивать. Вы закрыты внутренней броней, сквозь которую я не могу проникнуть, и тем не менее в вас я чувствую доброту, понимание и милосердие.
Кир рассмеялся:
— Возможно, в вашем представлении все выглядит именно так, но я человек.
Святой мягко улыбнулся:
— Я думаю, что даже если бы это было не так, вы бы все равно мне не сказали.
Кир молча пожал плечами:
— Вы не ответили на мой вопрос, почему боги прислали вас?
Кир на мгновение вышел из своего боевого состояния и попробовал увидеть мысли святого. Ему стало больно от того, что он увидел.
Святой действительно сопереживал всему вокруг, и его душа была наполнена болью и печалью. Он честно пытался помочь всем, кому мог, и страдал вместе с теми, кому помочь не мог. Только в храме святой мог жить, иначе чужие боль и страдания давно убили бы его, уже сейчас святому было плохо. Кир влил святому немного своей энергии, чтобы облегчить его состояние, и снова закрылся боевым барьером.
Он увидел то, что хотел. Святой действительно верил, что все, что происходит вокруг, происходит с ведома бога. Кир даже увидел образ бога, того, что являлся к святому во сне. Этого бога он не знал.
— Отступники готовятся к нападению на мой мир, поэтому я здесь. И я если являюсь мстящим ангелом, то своего бога и своего мира.
Святой благодарно улыбнулся.
— Спасибо за ту энергию, что вы мне дали, она была мне нужна. По дороге сюда я встретил слишком много людского горя и слишком много было тех, кому нужна моя помощь. Я всегда думал, что существует только один мир — тот, в котором мы живем. Вы только что сказали то, что отрицает моя церковь и считает святотатством. А разве бог не один для всех миров?
Кир пожал плечами:
— У каждого из богов свой мир, в моем мире один, в вашем другой.
Святой удивленно посмотрел на него.
— К сожалению, я говорю то, что знаю, но если у вас считают это святотатством, я готов взять свои слова обратно. Я уважаю чужую веру, даже тогда, когда она неправильна. Впрочем, я сам не знаю, во что верю.
Святой понимающе кивнул.
— Сотник мне сказал, что вы можете помочь нам пройти в закрытые земли и что вы были там.
— Это правда.
— Что там происходит? То, что вы сказали о нападении, исходит оттуда?
Кир вздохнул:
— Чтобы ответить на этот вопрос, я бы хотел знать, почему эти земли называют закрытыми?
Святой задумался, потом на лице его появилась мягкая улыбка.
— Я чувствую себя сейчас, как после молитвы, таким же бодрым. Извините… Кое-что вы, наверно, уже знаете… Раньше здесь была другая жизнь. Многочисленные города и страны, названий которых сейчас почти никто не помнит, жили по своим законам, считая соседей людьми гораздо более худшими, чем они сами. Причин завидовать и враждовать было много, и каждая из стран готовила свое оружие. Когда его становится много, возникает искушение его испробовать, — святой горестно покачал головой. — Более сильные страны, обладая более мощным оружием, считали, что малые страны должны склоняться перед, их мощью и выполнять их просьбы и требования.
И это так действительно и происходило, малые страны склонялись перед большими. Развивалась наука, и скоро даже малые страны смогли создать мощное оружие, способное уничтожить множество людей.