Варево по вкусу было лучше, чем его запах, но он все равно смог съесть всего несколько ложек. На лбу у него выступил холодный пот, к горлу подступила дурнота. Кир осторожно поставил котелок и лег на деревянную лавку. Тина покачала головой.
— Ты по-прежнему очень слаб. Болезнь все еще внутри тебя, как бы ты ни бодрился.
Кир отдышался, окружающее перестало кружиться перед глазами. Потом он начал кашлять. Кашлял он долго. Ему показалось, что он уже выплюнул вместе с мокротой все свои внутренности. Кир вытер слезы и грустно улыбнулся:
— Я доставил тебе много неприятностей.
— Ты — тот человек, из-за которого мне хочется жить, — сказала Тина тихо. — Я сейчас приведу лошадь.
Она вышла, а Кир смотрел на огонь и думал о том, что он должен выбираться из этой ситуации самостоятельно, не обременяя Тину. Но как? Кир напряг мускулы и отметил про себя, что не выдержит даже кратковременной схватки.
«Никогда у меня не было столько врагов, как сейчас, — подумал он. — И все благодаря девчонке-богине». Он вспомнил безмятежное лицо Матери-волчицы и выругался.
Тина привела лошадь. Он с трудом забрался на крепкую лошадиную спину и ухватился за гриву, она села сзади.
— Кир, — шепнула Тина. — Они приближаются быстрее, чем мы движемся. Нам надо что-то придумать.
— Поедем быстрее.
— А ты выдержишь это?
— Выдержу. Я чувствую себя лучше, чем вчера, а вчера нам это удалось.
Тина легко дотронулась до головы лошади, и та пошла рысью.
ГЛАВА 21
Они двигались несколько часов до тех пор, пока лошадь окончательно не устала. Кир мешком свалился с лошади и лежал на земле, глядя в голубое небо. Он не мог пошевелиться, в голове была звенящая пустота. Тина вытерла с лошади пот пучком травы и отпустила ее пастись. Она села с ним рядом и положила его голову к себе на колени.
— Кир, скажи мне, почему жрецы и черные воины так настойчиво преследуют тебя? Я не смогла в этом разобраться, я только почувствовала в них глубокую ненависть к тебе.
Кир положил ее руку себе на лоб и безмятежно сказал:
— Я убил их короля…
— Ты? Так это был ты? — Тина удивленно посмотрела на него. — Ты хочешь сказать, что ты перевернул этот мир вверх тормашками? — Она засмеялась. — Я знала, что Грэга убил человек из чужого мира, как и предсказывало одно старинное пророчество. Я думала, что это сделал какой-то могучий герой из другого мира. А это был ты…— Тина наклонилась и поцеловала его. — Раненый, усталый и совсем не могучий… Я люблю тебя. Как ты сумел это сделать? Были многие и до тебя, кто пытался это совершить, их головы до сих пор гниют на стенах замка Грэга.
Кир пожал плечами:
— Мне повезло, кроме того, меня тоже почти убили, я лечился в своем мире потом год я приходил в себя. Видишь этот шрам?
— Я давно хотела тебя о нем спросить. Клинок должен был задеть твое сердце, от таких ран нет спасения. Кир улыбнулся:
— В моем мире хорошие врачи…
Тина внимательно посмотрела на него:
— Я слышу не все твои мысли, только самые простые. Ты знаешь, что у тебя не один блок, а несколько? И глубже я не могу пробиться. Что тебя гложет? Почему тебя не радует твой подвиг?
Кир криво усмехнулся:
— Я думаю, что мой подвиг был бесполезен, а может быть, просто глуп. У меня дома многие ученые говорят, что все в мире происходит по определенным законам. И что судьбу мира решают не герои, а простые трудяги, которые каждый день трудятся, и этот труд в конце концов и решает все.
Тина засмеялась:
— Ты меня опять удивил… Ты — человек, который постоянно меняет жизнь этой земли, и ты сомневаешься в своих поступках?
Кир грустно кивнул:
— Мне иногда кажется, как сейчас, что я делаю то, что вредит этому миру. Король Грэг, которого я убил, создал империю, которая объединила многие мелкие королевства, и прекратил бессмысленные войны, которые они вели между собой. Он уничтожил банды грабителей, дал возможность многим людям жить и трудиться спокойно. Я это знаю точно, я был в его империи и видел это. А теперь, после его смерти, все опять вернулось к старому…
Тина улыбнулась:
— Ты же знаешь сам, на чем была основана империя. На крови и страданиях людей, на их смерти, на их жизненной энергии, которая должна была быть отдана черному камню. Сместилось бы равновесие, и этот мир мог бы погибнуть, если бы ты не сделал это.
Кир пожал плечами:
— Я так думал, когда шел по империи, чтобы убить Грэга. А теперь мне кажется, что все это произошло бы и без меня, просто в силу определенных законов развития человечества.
Тина погладила его по щеке:
— Сомневающийся в себе герой, это редкое зрелище.
Кир смущенно улыбнулся:
— Ты смеешься надо мной. Почему? Тина засмеялась:
— Я просто знаю, что жизнь развивается по другим законам. В истории каждого народа есть события, которые меняют жизнь, притом меняют так, что все законы, выведенные людьми, становятся бессмыслицей.
Кир задумался и недоверчиво покачал головой:
— Откуда ты это знаешь?
— Мои предки, как и ты, пришли сюда из другого мира, они принесли свое знание. Они построили огромное книгохранилище в потаенном месте, и его пополняют их потомки, такие, как я.
— Вас много? — спросил Кир.
— Нет. — Тина грустно покачала головой. — Нас осталось всего пятеро. Мы живем в разных королевствах и редко встречаемся, но каждый должен оставить в хранилище свою книгу после смерти. И каждый должен оставить на земле своего ребенка и показать ему хранилище, — Тина смущенно взглянула на Кира. — Я искала тебя потому, что я хочу родить от тебя ребенка. Что ты мне скажешь об этом моем желании?
Кир обнял ее и поцеловал:
— Ты же читаешь мои мысли, что тебе еще надо?
Тина закусила губу и напряглась.
— Твои мысли лучше, чем твои слова, — неожиданно засмеялась она. — Нам пора двигаться дальше, лошадь уже немного отдохнула, а наши преследователи стали к нам еще ближе.
Тина подозвала лошадь, и Кир с трудом вскарабкался на нее. Тина села позади него и сразу пустила лошадь рысью.
К концу дня они вынуждены были остановиться, лес стал гуще, и завалы из деревьев стали преграждать им путь.