Я не сразу соображаю, что он хочет сделать, потому не реагирую.
Только когда моя голова оказывается под холодной струей, начинаю верещать. Поздно, из такого захвата не выбраться. Ледяная вода стекает по плечам, мочит футболку.
- Пусти, - ору я, дергаясь.
Но он не пускает. Держит под водой, пока я не устаю дрыгаться. Девица, красившая губы, уходит, даже не попытавшись мне помочь.
Наконец Артем отпускает. Я отскакиваю от раковины, смотрю на него зло, тяжело дыша, вода с волос струями течет по футболке вниз.
- Ты совсем долбанулся?! - ору.
Артем опять ничего не говорит. Толкает в кабинку. Под моим недоуменным взглядом снимает олимпийку, вешает на крючок. А потом тянет руками мою майку вверх.
- Охренел! - бью его по рукам.
Белая майка облепила грудь самым неприличным образом. Я словно голая перед ним стою.
- Ты совсем мудак, что ли! - не выдерживаю я, кидаясь на него с кулаками. Он легко перехватывает.
- Угомонись, - цедит сквозь зубы. - Тебе надо переодеться. Давай снимай майку.
Разворачивает меня, отпуская, снова тянет майку вверх.
- Руки подними, - слышу его хриплый голос.
И слушаюсь. Мокрая майка неприятно отлипает, по телу бегут мурашки. Пальцы Артема задевают кожу, и я перестаю дышать. В висках стучит.
Майка оказывается в его руках. Я стою по пояс обнаженная, и ощущение, что воздух в кабинке кончился. Мое тело словно схватывает огнем, низ живота печет. Он ведь может сейчас прижать меня к себе, обхватить грудь руками, сжать, погладить соски…
Между ног становится горячо. Опять чертово возбуждение уничтожает меня. Не позволяет нормально думать.
На мои плечи опускается теплая ткань. Олимпийка Артема.
- Одевайся.
Я запускаю руки в рукава, вжикаю молнией.
Артем отжимает майку над унитазом, а после вытирает ей мои волосы.
Это так… Не знаю… Мило? А такое слово вообще можно по отношению к этому парню употребить?
Одно можно сказать точно: в мозгах стало светлее. Но…
Я поворачиваюсь к Артему, он взгляда не отводит. Выдыхаю.
- Что ты имел в виду, когда говорил, что я наивная и ничего не знаю? Ты знаешь что-то такое про Соню или Костю?
Взгляд изучающе бродит по моему лицу, потом Артем произносит:
- Пошли отсюда, а то охрана на самом деле придет.
Первым выходит из кабинки. Я слышу женский голос:
- Читать не умеешь?
Выхожу следом, и девушка затыкается, закатывая глаза, проходит мимо меня. Две другие моют руки с ехидными улыбками на губах. Но мне сейчас абсолютно все равно. Моя мокрая майка белеет в мусорном ведре, я выше застегиваю молнию олимпийки - прячусь под самое горло.
Иду за Артемом, он ведет меня к барной стойке. Умудряется найти свободное место в самом углу. Я сажусь, парень ставит руки с двух сторон от меня, зовет бармена.
- Эспрессо, - кидает деньги на стол.
Жду, когда он отстранится, вытянулась стрункой, вжавшись животом в стойку. Но Артем и не думает двигаться.
- Чего добиться-то хотела, Вик, таким поведением? - звучит его голос возле моего уха.
Я убираю влажные волосы за уши.
- А что я такого сделала?
Передо мной ставят кофе.
- Я не пью эспрессо.
- Тебе он сейчас необходим. Давай, не зли большого дядю.
Фыркнув, все же придвигаю чашку. Не оборачиваюсь, но почему-то уверена, что Артем улыбнулся.
- Где Костя с Соней? - задаю вопрос, по-прежнему не меняя положения.
Артем слишком близко. Если я чуть откинусь назад, упрусь в его грудь. Руки по сторонам от меня на стойке. Я как в ловушке, но сейчас это почему-то не угнетает.
Кофе резко ставит голову на место. Горький, невкусный, но то, что надо. Я как будто трезвею по щелчку. И понимаю, как хорошо, что ничего не успела натворить. Не наболтала лишнего, не поссорилась. Что Костя не увидел, как я танцевала с другим парнем.
- Так где они? - повторяю вопрос, потому что Артем упорно меня игнорит.
- Без понятия. Или за столиком, или курят. Или еще где-то.
Допиваю кофе одним глотком. Разворачиваюсь на стуле. Мои колени упираются в Артема. Он переводит на них взгляд, кладет ладони. Резко раздвигает в стороны и встает между коленями.
Я тяжело выдыхаю, потому что между ног сразу тянет. Чувствую себя извращенкой какой-то.
- Если тебе все равно на Соню, зачем ты поехал в Москву с ней?
- У меня тут свои дела. Она попросила составить компанию на вечер.
- Даже так?
- А ты всерьез считала, что я потащусь за ней ради какого-то семейного ужина?