- Ты… Хочешь компромат на него получить? - приходит в голову мысль.
- Считай, что так.
- А что тогда ищешь здесь?
- Слишком много вопросов, Вика. У тебя мало времени. Советую поторопиться, если не хочешь оказаться на лестничной клетке в одной олимпийке.
Еще несколько секунд я туплю, а потом срываюсь с места.
Я верю ему. Верю, что выставит вот так, если надо. И что я хожу по грани. Что-то происходит. Костя вляпался в какую-то явно криминальную историю. И я не хочу знать, в какую. Меня это не касается. Совсем.
Через пять минут я уже несу спортивную сумку, на плечах рюкзак. Оделась в джинсы, майку и кофту. Кинув сумку на пол, натягиваю кроссовки. Артем выходит в прихожую, когда я выпрямляюсь. Смотрим друг на друга.
- С ним все будет в порядке? - спрашиваю зачем-то.
Может, Костя и козел, но полтора года мы жили вместе. И он не обижал меня. До сегодняшнего вечера. Я была к нему даже привязана, пусть и не любила.
- Меня это не интересует. У меня свои цели. И тебе советую сосредоточиться на другом.
- Значит… - выдавливаю из себя, бестолково топчась на месте. Злюсь на себя за это ужасно, но ничего не могу поделать. - Значит, просто воспользовался мной?
- По-моему, ты в накладке не осталась?
Снова вспыхиваю. Сжимаю кулаки. Борюсь с желанием врезать ему хорошенько.
- Серьезно? Ты мою жизнь сломал нахрен.
- Мысли позитивно, - Артем прячет руки в карманы. - Все что ни делается, к лучшему.
- Урод! - кидаю, хватая сумку.
Распахиваю дверь, чувствуя пронизывающий взгляд серых глаз. На долю секунды кажется, что Артем схватит меня за руку. Не отпустит. По крайней мере, вот так.
Но ничего не происходит. Заставляю себя не бросить последний взгляд, просто закрываю дверь.
Глава 20
Несколько секунд шарю взглядом по лестничной клетке.
Что за треш? Я только что, в одно мгновенье, стала бездомной, осталась без парня. Без привычной жизни. Без денег.
Первым делом снимаю со всех карт, что могу. Нет гарантии, что Костя их не заблокирует. То есть, я, конечно, понимаю, что какое-то время ему будет не до меня. Если Артем всерьез сделает компромат…
Но потом Костя обязательно решит разобраться. А Белов может и натрепать ему что-нибудь. С него станется. Натрепать… Просто расскажет правду. О том, какая я бедовая, о моем прошлом, и о том, что я с ним переспала.
Этого вполне достаточно, чтобы Костя меня возненавидел. И решил наказать.
Наличных денег хватит на какое-то время. Артем был прав: я тратила мало, откладывала, что называется, на черный день. Хотя и не предполагала, что он так быстро наступит.
Снимаю номер в маленьком отеле. Я не знаю, что делать дальше. Чего ждать от жизни. Ведь, кроме Кости, есть еще другие. Какие-то бандиты, с которыми он работал. Те, кому он сливал инфу, те, чью инфу он сливал.
Ежусь, выглядывая в окно через жалюзи. Двор пуст, только рабочие разгружают что-то в бар, находящийся внизу.
Вот когда придется играть свою роль - ширмы. Я ведь чертова любимая девушка, почти невеста. Была бы, если бы не сегодняшняя ночь.
Мне будут вопросы задавать. И придется врать. Озвучивать то, что Артем сказал.
- Черт, - цежу я. - Черт, черт, черт.
Не выдержав, открываю сайт с авиабилетами. И покупаю на ближайший рейс, на который успею.
А что такого в том, что я лечу домой? Увидела своего парня в объятиях его же сводной сестры. Накрыло. Все, жизнь закончена.
И свалила к маме. Вполне разумный шаг.
Знаю, что там вряд ли будет безопаснее. Но родные стены. Мне будет спокойнее, чем в Москве. Однозначно. Здесь я совсем беззащитна.
Вечером, преодолев перелет и автобус, я выхожу на остановке недалеко от родного дома. Я не была тут два года. С того самого момента, как драпанула в Москву. Надо же, выходит, ничему меня жизнь не научила, раз я теперь мчусь обратно с той же скоростью и по той же причине. Отстой.
Весь день я палю телефон, ожидая звонка или смс. И ничего не получаю. Костя был онлайн в мессенджере только с утра, не написал и не позвонил. Полагаю, таки не до меня.
Ну и хорошо. Пусть так и будет. У меня и без этого проблем немало.
Знаю, что мать встретит без особой радости. Я всегда была лишним ртом. Она залетела, узнала поздно, пришлось рожать. Отец свалил, не выдержал всех прелестей семейной жизни. Мать пахала как проклятая, и я с четырнадцати лет постоянно подрабатывала, чтобы ей было легче. Плюс приходилось ухаживать за больной бабушкой. Короче, букет удовольствий в жизни матери.
Когда я свинтила, а потом стала деньги слать, у нас наладилось. Перестали общаться, словно кошка с собакой. Мать даже потеплела, но я не настраивалась на лучшее. Знаю, что теперь она будет пилить. Что я опять напортачила, что упустила мужика, который меня содержал. Что не смогла быть хорошей спутницей и так далее и тому подобное. Объяснить ей, что я под ударом оказалась, боюсь, не получится. Точно будет считать: сама во всем виновата.