Дождь хлынул, как из ведра, громко забарабанив по стеклам.
- Можешь думать, что хочешь, но пока не начнешь доверять мне, так и придется караулить друг друга по очереди в коридоре.
- Пытаешься показаться хорошим. Даже не знаю, что если это простая уловка?
Нейрис неохотно вспомнила лицо со шрамом на подбородке, как он вцепился ей в руку и закричал «Ну, что же ты! Бежим, девочка, не стой как вкопанная, нужно бежать если хотим жить», а она все оглядывалась назад, туда, где остался лежать Билли.
- Я хочу помочь ему, - после недолгой паузу откликнулась магичка. - Хочу убедиться, что он невиновен. Думаю, если мы выясним, что это был за амулет, которым он воспользовался, то это поможет сдвинуться с мертвой точки.
- И как мы это выясним?
- Знаешь, где похоронили девочку?
Нейрис показалось, что лицо восьмое кардинала стало еще бледнее.
***
Все вечера мальчик проводил в библиотеке, уходил самым последним, лишь бы только вернутся к тому моменту, как Рейдж уже спит. С той самой ночи в нем что-то изменилось, оно мимолетной тенью следовало за ним по пятам, но никто, казалось, не замечал этого кроме мальчика.
Он аккуратно приоткрыл дверь и скользнул внутрь, не включая света. Острожное разделся, развесив вещи на стуле, и уже собирался забраться по лесенке на свой этаж кровати, как увидел, что Рейдж сидит на кровати, свесив ноги на пол.
- Ты меня избегаешь? - спросил он. Голос прозвучал совершенно обычно, но мальчик испугался.
- Конечно, нет. Почему ты так подумал?
- Мне так кажется. Пожалуйста, не нужно меня избегать, я не причиню тебе зла.
- Рейдж, ты говоришь странно...
- Да? - он улыбнулся. - Ну, уж прости меня. Я просто хочу подружиться с тобой.
***
Здание Коллегии казалось пронзило небо насквозь. Нейрис запрокинула голову, наслаждаясь хмурой пеленой, что висела над ними так низко. В такие дни хорошо лежать дома, читать любимую книгу, укрывшись теплым пледом, а еще хорошо сидеть на прохладной террасе, вытянув ноги на струю выцветшую клеенку поверх ее ровесника - низкого стола, держать между ладоней кружку с остывающим горячем шоколадом и вдыхать запах дождя. Нейрис скучала по этим дням, когда они были лишь в начале своего пути и мечтали о безоблачном будущем. Билли жил на отшибе города, где на улице всегда витает запах затхлости и безнадеги, где дома по-прежнему низкие и приветливые. Пора бы ей уже перестать думать о нем...
- ..., конечно.
Она услышала обрывок фразы, а затем нейтрально вежливое «всего хорошего» и снова давление на запястье, что означало пора идти.
Войдя внутрь, магичка осмотрелась, слишком много людей: большинство из них терпеливо сидело на диванчиках, ожидая, пока автоматический голос назовет номер их талона, после чего они торопливо подходили к окну и обращались со своей проблемой. Калеба Стоуна это, казалось, не волновало вовсе он уверенно прошагал в сторону лифта, и нажал на кнопку вызова.
- Так много людей, - сказала Нейрис, продолжая осматривать толпу. К некоторому облегчению она не заметила на их лицах оттенка грусти или горя, только беспросветную скуку и усталость, которая одолевая любого человека, находящегося в стенах госучреждения. - Не похоже, что с ними что-то случилось...
- Сегодня так называемый день бдительных граждан, - ответил Стоун так, словно это все объясняло.
- И что это значит?
- Они приходят раз в три недели, чтобы указать на соседа, которого считают колдуном, или соседку-ведьму. Среди таких заявлений около девяноста процентов мусора, но иногда и попадаются вполне полезные наблюдения.
- А, - протянула магичка, люди моментально перестали ее волновать. - День невежественных стукачей, все ясно.
Лифт приехал, двери открылись, и они практически синхронно шагнули вперед, что привело к столкновению. Калеб тут же изобразил из себя джентльмена, и пропустил Нейрис первой.
Она нажала на кнопку четырнадцатого этажа.
- Кстати, там точно указанно где девочку похоронили?
- Да, в документах это есть.
Дверь почти закрылась, но в самый последний момент чья-то рука с длинными тонкими пальцами успела втиснуться между створками двери, механизм сработал безукоризненно, дверь снова открылась.
- Доброе утро.
Голос шестого кардинала Муна звучал приветливо, хотя выражение на птичьем лице выдавало некое разочарование от случайной встречи, которое, впрочем, он тут же спрятал, за маской дружелюбия. Следом за ним в кабинку протиснулся Рейдж. Нейрис невольно встретилась с ним взглядом, заметив, как два темных глаза, превратились в щелки, пристально изучающие ее.