Эти слова дались ей легче, чем она думала, чем воображала себе ранее, но теперь Нейрис волновало не ее обличительный тон и вовсе не то, что подумают там те, кто наблюдал за ними сейчас в соседней комнате, её волновал Барри или то, что было Барри.
- Я хочу, чтобы ты посмотрел мне в глаза, - сказала она.
Голову он не поднял.
- Хорошо.
Нейрис должна тянуть время, она поняла это как только «волна» прошла. Она должна понять что с Барри не так прежде чем допрос закончиться и прежде чем она потеряет свой шанс, встретиться им во второй раз просто не дадут, она была совершенно уверена в этом.
Магичка откинулась на неудобную спинку стула и постаралась принять свой самый самоуверенный вид. Пусть все они думают, что она на их стороне.
- Десять детей, Барри. У них вся жизнь была впереди. Драгоценные дети своих родителей, которые больше не вернуться домой и не скажут, как сильно они любят их. Ответь мне зачем?
Молчание, оно разлилось от одной стены допросной и до другой, заполнив её до самого потолка. Молчание тяготило, Нейрис знала, что она должна говорить, и она продолжала, внимательно следя за реакцией заключенного.
- Я знаю, что ты охотился.
Он дернулся, как он удара, словно кто-то невидимый со всего размаха хлопнул его по позвоночнику тяжелой рукой.
- Нейрис, - Барри назвал ее по имени, голос звучал слабо, словно он говорил не в метре от нее, а из подвала.
- Да, я Нейрис, - она сжала пальцами край металлического стола. Ей хотелось спросить «а кто ты?», но она сдержалась, а поняв, что ее слова звучат странно прикусила нижнюю губу. - Расскажи мне что произошло, на кого ты охотился? Ты не должен молчать, Барри.
Бледные губы дернулись, словно он собирался ответить ей, но ни звука она так и не услышала.
- Ты не должен молчать, иначе я не смогу тебе помочь. Ради этих детей...
- Ты сказала десять, Нейрис Мейвор?
- Ты убил десятерых.
- Ошибаешься.
Она сглотнула.
- Их было больше?
- Как минимум одиннадцать.
Весь воздух ушел из комнаты.
- Ты убил одиннадцать детей? - набравшись сил, спросила магичка.
- Мы убили, - губы дрогнули и растянулись в кривой усмешке, которая снова задрожала, словно он пытался убрать ее. В уголках глаз Нейрис заметила слезы.
Она встала. Ей было страшно, но она решила не мешкать, она толком то и не знала, что из этого получиться, да и выйдет ли что-нибудь, но промедление могло стоить ему жизни. Кардиналы ничего не должны понять, а если они еще не ворвались сюда, значит не поняли...
Она быстро обогнула стол по дуге и приблизилась к заключенному, ладонями она обхватила его лицо, почувствовав жар кожи. Барри буквально горел, температура тела явно была не тридцать шесть и шесть, навскидку Нейрис решила, что она точно за тридцать восемь.
- Барри, я прошу тебя, поговори со мной. Только ты и я. Пусти меня, - последние слова она добавила одними губами, но он услышал её.
Нейрис обдало горячей волной и она упала.
***
Калеб нашел его в библиотеке. Мальчишка сидел над книгой, он уставился в неё и уже минут двадцать сидел так, не переворачивая страницу. Пришлось занять стол по соседству, он не мог подойти к нему так сразу, нахватало смелости, да и никогда не угадаешь рядом Нечто или нет. Поэтому для начала необходимо убедиться, что за ним не наблюдают чужие любопытные глаза полные тьмы и любви. Он взял первую попавшуюся книгу, открыл её посредине и принялся пролистывать, осторожно оглядываясь по сторонам. Ученики занимались своими делами, никто не смотрел в его сторону.
- Тебя зовут Билли Финн? - набравшись смелости, спросил он.
Мальчишка оторвал взгляд, а затем заморгал, словно пытаясь прийти в себя и понять не померещился ли ему чужой голос. - Я Калеб Стоун.
- Я знаю кто ты, - он улыбнулся. - Ты любимчик наших учителей, тебя часто ставят в пример. Мне...
- Правда?
Финн кивнул.
- Забавно, но... У меня к тебе дело, - шепнул он, а затем резко выпрямился. По спине пробежал холодок, со стороны входа к ним приближалась Сэльма, ее голубые глаза горели так ярко, что напоминали звезды... Нечеловеческое сияние глаз.
- Какое?
- Позже, - буркнул Калеб, а затем резко захлопнул книгу.
***
Белые стены допросной исчезли. Нейрис перестала падать, теперь кругом была темнота, черная и почти что осязаемая. Воздуха не хватало, дышалось с трудом. Магичка знала, что то, где она оказалась, это даже не место... это негде.
Холод окутал ее, он пряталась в темноте и теперь добрался до нее, забравшись по икрам вверх, юркнул под футболку, и она обхватила себя руками, в надежде согреться.