Я удивилась, взглянув на него во все глаза.
— Тебе столько не дашь... Я предположила, что тебе от силы двадцать три.
— Ох ты, золотая юность… — ухмыльнулся он. — Вообще, я только что демобилизовался, и двух месяцев не прошло.
— Всегда восхищалась азиатскому менталитету и вашей вечной молодости, — тут же созналась я искренне.
— Ух ты! Считаешь меня симпатягой? — Динго вновь подмигнул.
— Хорош уже, ты меня смущаешь, — почувствовав, как загорели щеки, отвернулась я.
— Значит, так и есть, — донёсся ребяческий смешок.
Раздался спасительный звонок в дверь — пришёл курьер.
— О, а я как раз закончил. Давай проверим, кто у нас там.
Я остановилась рядом, и он в несколько кликов настроил широкий экран сбоку от двери. Тогда я действительно разглядела знакомую форму ближайшей службы доставки и удовлетворённо цокнула. В одной руке разъездной держал ящик пива, в другой — контейнер с едой и ещё какой-то бумажный пакет — подмышкой.
— Бедолага, ему, наверное, сейчас тяжело.
— Это его работа, — искоса взглянув на Динго, хмыкнула я.
Согласно кивнув, он распахнул двери, впуская того внутрь. Я быстро расплатилась кредиткой и, когда мы остались наедине, отправились на кухню к барной стойке в предвкушении вкусного ужина. Там уже были заранее приготовлены два бокала и тарелки. Отбросив манеры, мы синхронно вскрыли пиво — при этом с улыбкой взглянув друг на друга — и, смешав его с соджей, опрокинули по первому бокалу за аппетит, затем бессовестно принялись раздирать курицу-гриль на части. Покончив с ней, я сполоснула посуду и, прихватив с собой бокалы, вернулась в гостиную, где Динго расселся в турецкой позе прямо на пушистом ковре: он приготовился внимать каждому моему слову. Мне ничего не оставалось делать, кроме как упасть напротив, попутно вскрывая вторую банку пива.
— Так, в первую очередь, мне интересно, почему такая красотка ещё не замужем?
— Пока на уме карьера. Я работаю на пак Бёрна, дядю Ива, который ведёт свой ресторанный бизнес. Как-то так вышло, что я попала к нему, и он тут же взял меня к себе в офис разгребать бумажки.
— Была секретарём?
— Да, недолго. Однажды он поинтересовался, что я думаю насчёт его на тот момент одной из новых бизнес-концепций. Я высказалась. Ему понравились мои идеи. Тогда он предложил мне стать правой рукой его зама и помогать разрабатывать такие же бизнес-концепции.
— Кисуня, давай ближе к делу, я далёк от такого заумного леса, — предложил он, забавно нахмурившись.
— Окей, окей, — рассмеялась я. — Я всё ещё одна, потому что хочу заработать много денег, чтобы в будущем открыть своё ресторанное дело и стать независимой. Потому мой неизменный девиз: «Идти по головам, не оглядываясь на совесть».
— Ну, понял, жёсткая леди, значит... — теперь его улыбка вновь напомнила чеширского кота. — Что, даже не рассматривала вариант брака по расчёту?
— Да. И я бы давно уже обзавелась дюжиной кандидатур, — подобно ему, ухмыльнулась я. — Вот только браки по расчёту — не моя дорога. Как и всякая девушка, я, конечно, жду своего принца на белом коне, но у меня не всегда есть время расслабиться. И когда предоставилась такая возможность, не долго думая, я посетила с подругой стриптиз-клуб, где, к своему удивлению, повстречала бывшего одноклассника. Бич упоминал о нём, это Зак, — я достала телефон и, открыв галерею, показала первый попавшийся снимок парня, где он был на сцене. Да, я тогда успела его ещё и запечатлеть.
— А это не тот самый?..
— Нет. Да, он тоже фигуристый, потому что со школы занимался спортом.
— Ой, всё, не нахваливай его, не хочу слушать, — Динго раздражённо отвернулся. — А то ещё чуть-чуть и разовьёшь во мне комплекс неполноценности.
— С чего это вдруг? — удивилась я, насмешливо оглядев его. — Ты в отличной форме.
— Теперь ты меня смущаешь, — вновь улыбка чеширского кота. — Ладно, что там дальше?
— В общем, Зак меня не узнал, и я решила заказать его себе на ночь, так как он промышляет эскорт-услугами, — замечая, как парень напротив насторожился, я поспешила добавить: — Мужчины у меня не было давно, а Зака я, как-никак, знала. Потому мне было не страшно, — теперь Динго мгновенно посуровел в лице, и банка в его руке, оказавшаяся пустой, сдулась от резкого сжатия.