— Ты опоздала на пятнадцать минут. Такими темпами мы ничего не успеем, — недовольно цокает он.
— Ты, кажется, говорил, что мероприятие начнется в восемь вечера, а сейчас, блин, только десять утра! Как мы, по-твоему, можем не успеть?
— Чтобы сделать из такой замухрышки, как ты, принцессу, понадобится уйму времени, — насмешливо произносит он, окидывая меня презрительным взглядом. — Хотя, как говорится, деревню из человека вывести никогда не получится.
Обидчиво поджимаю губы, отворачиваясь и сжимая кулачки.
Как же он меня раздражает. Выводит из себя своим высокомерием. Злит, что он считает себя лучше других лишь потому, что родился с золотой ложкой во рту.
Ничего не отвечаю на его выпад и, гордо задрав голову, выхожу из общежития. Без толку ему что-то доказывать. Да не хочется портить себе настроение с утра пораньше. Все-таки мне его еще весь день терпеть.
Доезжаем до элитного торгового центра на дорогой, машине высшего класса со статным водителем, одежда которого, наверное, стоит столько же, сколько и вся машина.
Внутри молла чувствую себя очень неуверенно из-за чрезмерно роскошного дизайна и огромного количества люксовых магазинов.
Тушуюсь и вся съеживаясь, оттягивая рукава своей старенькой ветровки за шестьсот рублей. Тут, мне кажется, за такие деньги даже носовой платок не купишь.
Заходим в один из бутиков и нас тут же встречает красивая, словно с обложки журнала, девушка. Она дружелюбно улыбается Суворову.
— Добро пожаловать, Сергей Александрович! — заискивающе произносит она, а потом переводит свой взгляд на меня и корчит его в отвращении.
Но это не особо-то и смущает меня. Я просто хмыкаю, горделиво задрав подбородок, и смотрю прямо в глаза этой змее.
— Привет, Кариш, — здоровается он, заставляя меня прыснуть от смеха, ведь на бейджике у девушки другое имя — Марина. — Чего смеешься? Вроде, ничего такого не говорил. Или у тебя вообще крыша поехала?
— Да так, шутку вспомнила.
Я просто была не в силах сдержать смех, когда видела лицо этой фифы. Она округлила глаза, которые теперь размером походили на пятирублевые монеты, и раскрыла пухлые, сделанные губёхи от шока.
— Карина, нужно найти наряд для этой девушки. Дресс-код…
— Я Марина, — неловко поправляет она, перебивая его.
— Какая нафиг разница? Не надо отнимать моего времени, — злиться Суворов.
Хмурюсь, больше не считая реакцию той девушки смешной. Теперь мне становится ее искренне жаль. А желание убить этого подонка становится только сильнее. Обращается с людьми, как с мусором. Избалованный мальчишка!
— Подбери девушке какое-нибудь коктейльное платье. Только такое, чтобы могло придать ей хоть какие-то формы. Обтягивающие ни в коем случае даже не предлагай. Она в них будет выглядеть, как сушенная вобла, — усмехается этот гад, выводя меня из себя.
Марина противно хихикает над его шуточкой и удаляется в зал, чтобы выбрать несколько платьев.
— Не смей меня оскорблять, — шиплю я, со злобой поглядывая на него. — Тем более при других.
— А не то что? — издевательски склоняется ко мне.
— А не то я молчать не стану, отвечу тебе так, как ты этого заслужил.
— Напугала кота сосиской, — хмыкает Суворов. — Можешь говорить, что хочешь. Только вот видео, где ты расстегиваешь себе пуговички на рубашке и возможность отчислять тебя все еще у меня имеются, — вновь запугивает он.
Опускаю голову, поджимая губы. Как же меня бесит собственное бессилие! Осознание того, что не могу никак достойна ему ответить, сводит меня с ума.
— Я подобрала три самых лучших варианта, которые подходят под стиль, — возвращается Марина с тремя роскошными и жутко дорогими нарядами. — Но с такой блеклой внешностью они будут выглядеть хуже, чем на модели, — ехидно смеется, с высокомерием поглядывая на меня.
— Рот свой закрыла, хабалка, — холодно цедит Суворов, заставляя работницу застыть от шока, как и меня впрочем. — И с этого дня ты здесь больше не работаешь. Уволена.