Я снова начала дрожать, но Андрей не собирался отпускать меня.
-Он побежал за мной по коридору и схватил. Он накричал на меня за то, что я прервала их, а потом сказал, что может я тоже хочу получить. Он начал рвать на мне штаны и я не могла дышать, потому что он был таким тяжелым поверх меня, я думала, что умру. Он порвал мою футболку и расцарапал грудь. На мне были только леггинсы, так что он порвал их и мое белье и вернулся к своим штанам, говоря мне, что если я расскажу об этом кому-нибудь, он найдет меня и убьет. Я молилась, чтобы кто-то спас меня, и так и произошло, когда Тоня ударила его так сильно, как могла, битой, которую она держала под кроватью. Он рухнул на меня и Тоне пришлось стаскивать его. Мы связали его парой моих скакалок и скотчем, и вызвали полицию.
Потом был суд. Ему дали 10 лет. Он должен был сидеть еще два, но Тоня позвонила и сказала, что он просит досрочного освобождения.
Я снова шмыгнула носом и он протянул мне платок.
-Ну вот. Теперь ты знаешь. Единственный, кому я об этом рассказала была Марина. В моем городе об этом знали все. Меня прозвали шлюхой в школе и тогда появились проблемы со злостью и драками, никто не хотел иметь дело со мной. Я пообещала себе, что никогда не буду встречаться с парнем. Я буду одинокой, потому что единственная, кому я могу доверять, это я сама. Все предают тебя. Я никогда не говорила об этом Тоне, но она извинялась годами. Я думаю, она до сих пор извиняется, хотя она тоже была жертвой. Мои родители чувствовали такую вину, за то что оставили нас в тот вечер, что расстались. В смысле, это не было единственной причиной, но это сильно повлияло на их отношения. Все развалилось из-за той ночи.И теперь ты знаешь, почему я помешана на павлинах. Тоня носила одну, а я другую сережку. Эти сережки спасли наши жизни.
Андрей подумал мгновение и я почти могла услышать, как он подбирает слова.
-Я хочу убить его самым медленным и мучительным способом, - сказал он.
-Я тоже, - я представляла это больше раз, чем могла признаться.
-Спасибо, что рассказала мне.
-Теперь ты знаешь, почему я такая двинутая.
-Ты не такая. Ты прошла через такое, чего многие люди и представить себе не могут. Тебе не стоит стесняться тех методов, которыми ты с этим справляешься.
-Я не справляюсь, если верить моим психологам. А их было много.
-Да пошли они все. Ломай вещи и избивай людей, если это тебе поможет, я буду твоей боксерской грушей, и мы сможем побрасать что-нибудь с крыши. Договорились?
-Договорились.
-Значит его освобождают?
-Да, будет слушание. Мой адвокат звонил.
-Ты ведь пойдешь, правильно? Сделаешь заявление?
-Да.
-Отлично. А пока у нас есть время, чтобы подготовить для тебя хорошее заявление.
-Я не могу.
-Почему?
-Я не смогу увидеть его лицо снова. - В этой истории труднее всего рассказывать об этом. О том, что я просто трусиха.
- Нет ты можешь. Ты просто не знаешь об этом. Это не трудно.
-Но я не смогу посмотреть на его лицо еще раз. Он пытался изнасиловать мою сестру, а я ничего не сделала. Я должна была позвонить кому-нибудь; я должна была убежать, а потом напасть на него с чем-нибудь. Я должна была сделать хоть что-то, - сказала я.
-Ты была ребенком.
Я попыталась качнуть головой, но он не позволил мне.
- Я должна была что-то сделать.
- Я позволил отцу застрелить моя маму, а потом застрелиться самому. Если кто-либо и должен был что-то сделать, то это я.
- У него был пистолет.
- У него была твоя сестра.
- Это не то же самое.
Он вздохнул.
-Ольга, мы могли бы переживать все это до смерти , но это ничего не изменит. Единственное, что мы можем сделать, так это продолжать двигаться вперед, даже если возникает чувство, что идешь через яму с цементом.
-Со шлакобетонным блоком на плечах.
- Точно.
- Только одна разница, твой демон имеет человеческую форму.
Его рука гладила мою вверх и вниз в успокаивающем ритме.
Глава 24++
- Я очень сожалею, что ударила тебя, - сказала я, дотрагиваясь до его совершенного лица.