- Марьяна! Марьяна!
Трясти перестало. А потом мне на голову вдруг резко полилась холодная вода. От неожиданности я взвизгнула, открыла глаза и, задыхаясь прошептала:
- Мы живы?
- Черт, Марьяна, конечно живы! - раздраженно отозвался мужчина. - Что с тобой такое?! Зачем ты схватила меня за руку и заорала?
- Испугалась, - хрипло ответила я. Кажется, голос сорвала.
- Чего? - допытывался Мирон.
Тут я заметила, что машина просто стоит на обочине, будто ее аккуратно припарковали. Вокруг - лес, на трассе никого, кроме нас. Выходит, все в порядке? Мне только показалось, что босс не контролирует ситуацию? И это я чуть было не довела его до настоящей аварии?
От этих мыслей меня затрясло, в голове одна за другой проносились картинки чудом не случившейся трагедии. Кажется, я плакала, снова цеплялась за Мирона, просила прощения, то и дело отдирала от тела мерзко прилипающую футболку, снова дрожала - уже от холода.
Мирон сначала злился, потом успокаивал, а потом расцепил мои пальцы и попросту вышел из машины. Я пару минут моргала, а потом отчаянно зарыдала, размазывая тушь по лицу. Впервые со мной случилась настоящая истерика.
Я вообще не из впечатлительных, не имею привычки попусту лить слезы, капризничать. И обычно рассчитываю в первую очередь на себя. Но сегодня столько всего произошло, что нервы окончательно сдали. А теперь еще и Мирон ушел, оставил меня одну.
К счастью, Альфа появился уже через пару минут. В руках у него был огромный белый свитер. Он открыл пассажирскую дверь, что-то говорил, а я кивала. Он вздохнул, выволок меня из машины прямо на улицу. Тотчас налетел прохладный ветер, все тело покрылось мурашками. Как ни странно, это словно отрезвило.
- Марьяна! - громко позвал Мирон. - Ты меня слышишь?
- Слышу, Мирон Владимирович, - дрожащим голосом ответила я.
- Снимай футболку, я в багажнике свитер нашел. Он старый, но чистый. И теплый. Я отвернусь.
Я кивнула, потянулась к краям футболки. Пальцы слушались с трудом. Я тянула ее вверх, чувствовала, как дрожат руки. Мирон, все это время стоящий спиной и держащий в неудобно вытянутой руке свитер, обернулся, выругался, подошел ко мне. Мгновение - и я стою перед Альфой в одном кружевном белье. Холодно, неловко и почему-то волнующе. Наверное, у меня окончательно помутилось в голове.
- Марьяна, - хрипло позвал мужчина. Я удивленно посмотрела на него. - Руки подними. Свитер...
Я послушалась. Медленно подняла руки, не отводя от него взгляда. В его медовых глазах мелькали искорки, а может, мне это только казалось. Он пропал из виду лишь на мгновение, когда мое лицо оказалось скрыто горловиной свитера, а потом потянул его за нижний край.
Горячие мужские ладони коснулись моего тела, и я почувствовала, как от одного легкого прикосновения становится теплее. И отступает страх. И вот уже свитер на мне, можно продолжать путь, но Мирон не убирает руки. И взгляда не отводит.
- Мирон Владимирович... - прошептала я.
А через миг он возвался в мой хрупкий мир, решительно и страстно, накрывая мои губы своими. Мужчина подхватил меня на руки, усаживая на капот. Я запоздало пожалела о том, что на мне джинсы, а не платье. Тихий внутренний голос кричал о том, что обычно я не отдаюсь мужчинам в лесу, да еще и в такой двусмысленной позе. Но на то он и тихий, что иногда его совсем не слышно.
Я обвила талию Мирона ногами, прижимаясь к нему всем телом. Горячий, сильный... И пусть завтра утром я об этом пожалею, но сегодня мне так нужны его крепкие руки, нежные губы и сбивающееся дыхание.
- Черт, Марьяна...
Я отвечала ему со всей страстью, как только могла. Никогда прежде я не испытывала такого всепоглощающего желания, мне не хотелось так отчаянно, до дрожи и путающихся мыслей, раствориться в мужчине, которого я знала всего несколько дней. Его ладони скользили по моему телу под свитером, лаская. Я чувствовала всю силу его желания, одновременно до безумия хотела его и боялась. А когда он потянулся к моим джинсам, на меня будто озарение снизошло.
Что я делаю?! На капоте машины, на трассе, вокруг лес... Да что со мной такое?! Стресс, конечно, дело малоизученное, но не прыгать же в постель к первому встречному всякий раз, когда я перенервничаю! Я отстранилась, стараясь унять отчаянно бьющееся сердце.
Мирон смотрел на меня туманным взглядом, кажется, его вообще ничего не смущало. К счастью, прошло не больше минуты, когда я почти не дышала, а он возвращался в реальность.
- Мирон Владимирович... - робко позвала я. - Отвезите меня, пожалуйста...
- Отвезу, - сухо кивнул мужчина, кажется, жалеющий о том, что произошло.
Он помог мне спуститься на землю, не позволяя себе ни одного лишнего прикосновения. Четкие, выверенные движения, он снова относился ко мне как к сотруднице компании. А я никак не могла понять, какой Мирон нравится мне больше. Точнее - не нравится, потому что боялась я обоих.