Я дизайнер. Положа руку на сердце, сильно начинающий и не очень талантливый. Я хорошо рисую, но этого мало, нужно обладать чувством пространства, подстраиваться под запросы клиента, а это не так просто. И что-то мне подсказывает, судя по идеально обставленному дому, что мои профессиональные качества здесь Мирону не пригодятся. Может, где-то в другом месте? А в другое место выезжать было некомфортно, потому что сразу вспоминался коварный пункт договора и детская присказка про прыжки с крыши, перестающая быть такой безобидной. Ведь если Альфа Северных прикажет мне прыгать - я прыгну. Даже если не захочу.
Решено, нужно найти Мирона Владимировича и обсудить с ним смягчение договора. Потому что я даже спать не смогу спокойно, мало ли каким желаниям придется подчиняться ночью?
Первая проблема в осуществлении задуманного возникла сразу за порогом моей комнаты. Стоило мне осторожно приоткрыть дверь, я буквально столкнулась с Ольгой Сергеевной. Хотя, может это и к лучшему, сама я Мирона в этом особняке в жизни не найду. А еще, женщина может защитить меня от нападок Олега, что тоже немаловажно. Поэтому я улыбнулась ей со всей искренностью, на которую была способна, и мило попросила:
- Ольга Сергеевна, у меня вопрос по контракту к Мирону Владимировичу. Не могли бы вы подсказать, где его найти?
Женщина смерила меня неодобрительным взглядом, а потом недовольно поджала губы и сухо кивнула. И пошла, так ни слова и не сказав. Видимо, Альфа Северных был здесь почти что неприкосновенным богом, но раз уж контракт...
Так мы и шли: впереди уверенной поступью и с гордо поднятой головой шагала Ольга Сергеевна, позади нее, стараясь успеть за быстрым шагом, бежала я. Отнюдь не грациозно. Отец вечно ворчал, что для оборотня недопустимо иметь такую физическую подготовку, как у меня. Я медленно бегала, низко прыгала и быстро сбивалась с дыхания. Волчица у меня была такая же, белоснежная, мечтательная и по-собачьи ласковая. Не всем же быть бойцами. Видимо мой путь такой, мирный. Жаль, что в него так бесцеремонно вторгся Мирон.
Комната нового босса оказалась в противоположном крыле от моей, но также на втором этаже. Я запоздало подумала о том, что первый этаж, вероятно, был рабочим, а второй - жилым. И сейчас мне предстоит оказаться буквально в святая святых, личных апартаментах Альфы Северных. Но я ведь могу и не заходить, можно задать вопрос в коридоре.
У двери Ольга Сергеевна меня оставила, сославшись на неотложные дела. Но что-то мне подсказывало, что она не хочет, чтобы в случае чего гнев Мирона Владимировича обрушился и на ее голову. Хватит и одной моей. Я ее понимала, волновала меня только дорога обратно. С ориентацией на местности у меня тоже было туговато. Но это будет потом, а сейчас нужно было набраться смелости и постучать.
Я крепко, до побелевших костяшек, сжала в руке пресловутый контракт, второй рукой робко постучала. Мне никто не ответил. Я постучала чуть громче - тишина. И уже совсем было собиралась уйти, но вдруг услышала шорох за дверью. Выходит, Мирон там? А он ведь совсем недавно получил ощутимый удар по голове. Вдруг ему плохо, а никто из слуг не решается войти. И сейчас он там... Ой, мамочки!
Не дожидаясь, пока меня пригласят, я открыла дверь и ворвалась в просторную комнату, видимо, служившую хозяину гостиной. Здесь были мягкие диваны, на полу - пушистый ковер, у стены стол с пустыми стаканами и разномастными бутылками. И больше ничего, точнее - никого. Твердо решив, что мертвый Альфа действие контракта не отменит, а следующий может быть еще хуже этого, я решительно пошла дальше, прямо в одну из боковых дверей, за которой мне послышался шум. Дверь подалась с трудом, но стоило мне ее открыть, как меня буквально ослепило облаком пара и крепким мужским силуэтом, спешно бросившимся куда-то вбок. Мирон Владимирович был здесь. В добром здравии и абсолютно, совершенно голый. Потому что я вломилась в его ванную.
Глава 8
От неожиданно открывшегося зрелища вместо того, чтобы повести себя, как адекватная девушка, а именно извиниться и хотя бы отвернуться, я приросла ногами к полу, не в силах оторвать взгляда от мужчины. Он был идеален. Капли воды стекали по идеально очерченному прессу, темные волосы мокрыми прядями спускались на лоб и виски, а глаза... Ой, лучше бы вот сейчас я отвернулась, потому что, кого я обманываю, ниже я тоже посмотреть успела. И смутиться, и восхититься.