Но Ямин не виноват. Не он сделал мне больно. Я сама. Это я сразу представила худшее. Это я от страха не выслушала. Не спросила. Не поверила.
Потому что если бы тогда он посмотрел мне в глаза и сказал: «Ты не особенная» – это было бы ещё хуже. Это разорвало бы меня совсем.
Гораздо безопаснее было сбежать. Умереть внутри. Чем остаться – и услышать, что ты не значишь ничего.
– Ева тебе понравится, – внезапно произносит Ямин. – Она бывает забавной. И занозой в заднице. Будете вдвоём меня доводить.
– Ты её со всеми знакомишь? Если она, судя по всему, привыкла, что…
В груди беснуется внутренний голос, который пытается меня заткнуть. Оградить от боли.
Прекрати. Не надо. Ты же знала. Знала, что он был не один. Что у него были другие.
Но боль всё равно режет.
– Бля, сук, кисуль, ну я не монах, – тяжело выдыхает Ямин. – Да, были тёлки у меня. Разные. Я за это оправдываться не буду. Было – и было.
– Но…
– Сейчас есть только ты. Других не ебу. И семью я ни с кем из них не знакомил. Потому что те девки – это была связь на ночь. Чисто секс. Ничего большего.
– А у нас другое?
– У нас иначе. Не заставляй меня мусолить, лапуль, насколько иначе. Ты сама знаешь.
Понимаю. Или… Хочу понимать. Как минимум – очень хочу верить в это. Что у нас – не мимолётное. Не телесное.
И я не хочу, чтобы это было игрой. Не хочу быть той, кого забудут после ночи. Или той, кто однажды увидит его с другой – и просто поймёт, что никогда и не была исключением.
Хочу быть выбором. Хочу быть единственной.
Хрупкая надежда расцветает под грудной клеткой. Теплом. Светом. Уязвимостью.
– Давай, ромашка, – Ямин резко встаёт. – У нас новый план.
Он мягко, но уверенно подтягивает меня, не давая шанса остаться на месте.
Меня качает. Всё будто ватное, туманное. Кожу стягивает от подсыхающих слёз. Глаза опухшие, болят.
– Ты идёшь в душ, – чеканит Ямин. – Я в это время организую что-то выпить и похавать. Потом поговорим.
– Ямин…
– Я давал тебе шанс самой план накидать. Всё, ромашка. Поезд ушёл. Теперь слушаешь меня. Вперёд. Буду тебя своими способами утешать.
Девочки, сегодня скидка на такую историю... Ух, какие там приключения!
Я проклята! А как иначе объяснить то, что я оказалась в вертолете с преступником и стала его зложницей? А, ну и конечно же он мне намекает как сильно он изголодался по девушкам за последнее время. Шикарно! И как мне от него отделаться?
Хасан. Его невинная проблема
- Меня найдут! А вас... Вас посадят!
- Найдут после того, как я с тобой наиграюсь.
Я просто спешила на свадьбу к подруге! Я не думала, что полет с опасным заключенными приведет к подобному.
Хасан Демидов - грозный, жестокий. И пугающий меня до дрожи.
И он - сбежал из-под стражи! Прихватив меня с собой.
Теперь я заложница преступника. Игрушка в его руках.
А свои игрушки Хасан привык ломать.
X-0zs-YF
Глава 50
Я выхожу из душевой кабины. Горячие капли стекают по телу. Воздух распарен, насыщен запахом геля для душа.
Кожа пульсирует. Она чувствительная до безумия. Будто всё тело обнажено не просто от воды, а от всего, что случилось.
Тонкая, дрожащая оболочка – и внутри только боль. Густая, горячая, как гной из незаживающей раны.
Я промакиваю волосы полотенцем, вдыхаю влажный воздух. Натягиваю на себя вещи Ямина.
В углу валяется моё платье. Дорогое. Элегантное. Когда-то красивое. Теперь – жалкая тряпка.
Я не могу даже смотреть на него. Оно как напоминание обо всём, что случилось. О том, как легко сломать. Как просто растоптать.
И как никто не спасает, если ты уже рухнула.