– Добавь хоть немного вопросительных ноток, – смеюсь я, чувствуя, как окончательно лопается остаток напряжения.
– Вопросы для ебланов, которые ничего не добиваются. Я ставлю тебя перед фактом. Но если прошлые дни были недостаточно убедительными…
– Даже не заканчивай эту пошлость! Ты ужасный извращенец! У меня там явно что-то стёрлось от… Всех колебаний. А тебе всё мало?
– Эти, бля, колебания тебе заходили не меньше моего, ромашка.
Я чуть виновато пожимаю плечами, отводя взгляд в сторону, но губы всё равно тянет в сторону улыбки.
Потому что мне с ним нравится. Всё нравится. Как он смотрит, прижимает. Как доводит до всхлипов и оргазмов.
Но как ни странно… Больше всего мне нравится даже не это. А то, как мы постоянно сцепляемся языками.
Наши подколки. Его наглые фразы. Мои возмущённые фырканья. Это как отдельная игра. Отдельная искра между нами.
Как прелюдия, которая начинается задолго до того, как Ямин вообще ко мне прикасается.
Я изо всех сил стараюсь не замечать любопытные взгляды вокруг. Возможно, не все меня знают.
Но Ямина – знают все.
Рахимов идёт рядом спокойно, уверенно, будто вообще не замечает этого лёгкого гудения вокруг нас.
Щёки предательски теплеют, когда я ловлю на себе очередной взгляд. Кто-то откровенно пялится. Кто-то шепчется.
Но вместе с этим внутри поднимается что-то тёмное. Тёплое. Самодовольное. Как маленький чёртик, который довольно скалится из глубины души.
Да. Этот невозможный, наглый, опасный мужчина – рядом со мной. Он мой.
От этой мысли по коже проходит странная, почти запретная волна удовольствия.
– О боже! – раздаётся вдруг пронзительный крик. – Ники!
Я даже не успеваю понять откуда, как в меня врезается торнадо по имени Кристина.
Сестра налетает с такой силой, что из лёгких выбивает воздух. Я автоматически обнимаю её в ответ – крепче, чем собиралась.
Только сейчас я понимаю, как сильно переживала. Как всё это время где-то под рёбрами сидела заноза – страх, что отец сорвётся на Крис из-за меня.
Что ей придётся расплачиваться за мой побег. Что она окажется между нами.
Я отстраняюсь, всё ещё удерживая сестру за плечи, и быстро, внимательно осматриваю её.
– Ты такой переполох навела, – скороговоркой выпаливает Крис, глаза у неё горят чистым любопытством. – Что случилось? Где ты была всё это время? А, вижу Рахимова. Ладно, последний вопрос отпадает. Но…
– Ты сейчас отключишься от нехватки кислорода, – я фыркаю. – Дыши. Со мной всё хорошо. А ты… С тобой…
– Я в порядке. Но у меня миллион вопросов! Прости, Рахимов, теперь я похищаю Николь.
Крис подхватывает меня под локоть так резко и решительно, что я едва успеваю переставлять ноги.
– Пошли-пошли-пошли… – шепчет она, уже таща меня вперёд.
Я позволяю себя вести, хотя внутри всё ещё лёгкая дезориентация. После последних дней, после замкнутого мира на двоих, шум университета кажется слишком громким.
Я невольно бросаю взгляд через плечо. Убеждаюсь, что Ямин идёт следом и не бросает меня.
– Погоди, – я упираюсь пятками в асфальт, пытаясь притормозить сестру. – Ты ведёшь меня не туда.
– Туда-туда! – Крис энергично кивает. – Ты же не думаешь, что я просто дам тебе пойти на учёбу?! Не-а. Нам нужно всё обсудить.
– Тебе нельзя пропускать. Если папа узнает…
– Моя сестра устроила скандал на приёме, отлупила Кайсара, сбежала… И тусила с местным уголовником. Поверь, мои выходки это не переплюнут.
Крис произносит это, понизив голос до шёпота. Бросает осторожные взгляды на Ямина, проверяя, чтобы он не слышал.
Она может болтать без остановки двадцать четыре часа в сутки. Может ляпнуть что угодно, где угодно. Может довести до белого каления за три секунды.
Но подставить? Никогда. Она не знает, что именно уже известно Ямину. Поэтому фильтрует слова.
– Я не могу прогуливать в кафе, – морщусь я, уже заранее чувствуя, как ситуация утекает из-под моего контроля. – Я и так много пропустила! А если увидит кто-то из преподавателей…