– Что ты творишь?! – мой голос предательски дрожит, срывается на полувсхлип.
– Выполняю свои обещания, зайка, – насмешливо и медленно тянет он, снова ухмыляясь. Его пальцы скользят по моим бёдрам, заставляя тело невольно вздрагивать от этого прикосновения. – Ты же помнишь, что я говорил про непослушных девочек?
Я пытаюсь вырваться, но он сильнее. Его ладонь нагло скользит вниз по бедру, снова вызывая во мне волну возмущения и отчаяния. Щёки горят от стыда и ярости.
– Отпусти, пожалуйста, – шепчу я, голос ломается на последнем слове.
– Поздно просить, кисуля, – шепчет он прямо в ухо, его дыхание горячо обжигает кожу. – Сама напросилась.
Его крупная, горячая ладонь бесстыдно скользит по моим бёдрам, медленно исследуя изгибы и вызывая волну негодования, смешанную с чем-то ещё более пугающим и постыдным. Я пытаюсь вырваться, дёргаюсь и кричу от отчаяния:
– Отпусти немедленно! Ты совсем с ума сошёл?!
Но мои попытки только сильнее разжигают его азарт. Он снова ухмыляется, прижимая меня ещё плотнее к раковине, практически лишая возможности двигаться.
– Чем больше ты дёргаешься, тем больше мне нравится, – шепчет он низко, хрипло, снова сжимая моё бедро. – Продолжай в том же духе, кисуля.
Я вновь резко пытаюсь вырваться, отчаянно вскрикивая и упираясь руками в холодный кафель. Мои пальцы соскальзывают, а тело лишь ещё больше прижимается к нему.
И тут я резко замираю, ошеломлённая тем, что отчётливо чувствую. Отчётливый, твёрдый бугорок, нагло упирающийся мне в ягодицы. Жар волной заливает лицо, дыхание сбивается, а сердцебиение становится ещё более хаотичным.
– Ну вот видишь, до чего доводишь, – довольно ухмыляется Ямин, скользя губами по моей шее. – Твои попытки вырваться – самое мощное возбуждающее средство.
Его пальцы снова сжимают мои бёдра, откровенно, грубо. Я содрогаюсь, закрывая глаза от унижения.
– Пожалуйста, остановись, – шепчу я, стараясь скрыть дрожь в голосе.
– Нет, детка, – он дышит жарко мне на ухо, усмехаясь с откровенным удовольствием. – Ты сама начала эту игру, и теперь я закончу её на своих условиях.
Глава 5
Его ладонь снова нагло скользит по моему бедру, медленно и бесстыдно задирая край платья всё выше. Мои щёки горят огнём, сердце отчаянно пытается вырваться из груди.
– Прекрати сейчас же! – шиплю я, стараясь звучать уверенно, но голос предательски срывается на полушёпот.
– А если нет? – лениво тянет Ямин, наклоняясь ко мне ближе и обжигая дыханием кожу на моей шее. – Что ты мне сделаешь, зайка?
– Я закричу! – выдавливаю я, пытаясь резко вырваться.
Он коротко смеётся, перехватывая мои запястья и легко прижимая их к холодному кафелю.
– Кричи сколько хочешь, – мурлычет он, проводя губами по чувствительной коже возле уха. – Здесь музыка так орёт, что твои сладкие вопли никто и не услышит.
Я вновь дёргаюсь, но это лишь заставляет его ещё плотнее прижаться ко мне. Его пальцы проникают под платье, горячо и властно исследуя моё бедро. Дрожь бежит по телу, и я невольно задыхаюсь, ужасаясь собственным ощущениям.
– Не сопротивляйся, кисуля, – шепчет он, нагло ухмыляясь. – Признай, что тебе нравится.
– Ненавижу тебя, – шиплю в ответ, снова пытаясь вырваться.
– Тем интереснее, – усмехается Ямин и внезапно разворачивает меня лицом к себе.
Я не успеваю даже вскрикнуть, как он легко подхватывает меня за талию и усаживает прямо на холодную поверхность раковины. Сердце пропускает удар, дыхание сбивается.
– Вот так лучше, – его глаза сверкают дерзкой, опасной усмешкой. – Теперь тебе будет сложнее вырываться.
Он стоит прямо передо мной, крупный и горячий, а его ладони уверенно сжимают мои бёдра, не позволяя даже подумать о бегстве.
– Ты за это ответишь, – пытаюсь я звучать твёрдо, но голос дрожит от волнения.
– Конечно, зайка, – хрипло шепчет он, наклоняясь ещё ближе. – Отвечу самым бесстыдным образом.