Сестра молча выходит из моей комнаты, и я уже успеваю подумать, что она решила от меня отречься, когда она неожиданно возвращается обратно. Протягивает мне в руке чёрный электрошокер.
– Это… зачем? – хлопаю ресницами, удивлённо глядя на устройство.
– Если он приставать начнёт, ударишь его разрядом и убежишь. Он отрубает на пару минут. Как раз фора будет, – объясняет Крис таким тоном, словно это абсолютно очевидные вещи.
– А ты откуда это знаешь? – вздёргиваю бровь, внимательно её рассматривая.
– Знаю, и всё! Просто бери! С этим тебе точно пригодится, – отмахивается она.
– Спасибо, сестрёнка, – благодарно улыбаюсь я, закидывая электрошокер в сумочку.
Застёгиваю джинсы, поверх натягиваю объёмную бобку, чтобы максимально скрыть свои формы, и направляюсь к выходу из комнаты.
Тихонько покидаю дом, нервно шагая к его огромному байку. И казалось бы, ничто не предвещало беды – я в отвратительной одежде, волосы собраны в неаккуратный хвост, максимально далека от привлекательности… Но конечно же, у Ямина на всё свой взгляд.
– А ты всё не сдаёшься, кисуль? – на его лице довольная ухмылка, от которой у меня глаз начинает нервно подёргиваться.
– Я даже не стану уточнять, о чём ты говоришь, – пытаюсь выглядеть равнодушной, хотя внутри меня уже бурлит раздражение.
– Продолжаешь интриговать, – он лениво скользит взглядом по моему телу. – Теперь весь вечер буду думать, что у тебя под этой бабкиной бобкой. Может, там кружевное бельё, а может… ничего?
Я мысленно считаю до десяти, стараясь удержаться от желания вытащить электрошокер прямо сейчас.
– Мечтай дальше, придурок, – цежу я сквозь зубы, садясь на байк за его спиной.
Я сажусь на байк, пытаясь сохранить максимальную дистанцию, но Ямин резко заводит двигатель и резко толкает назад, вынуждая меня буквально врезаться в его спину.
– Ты так робко прижимаешься, словно девственница на первом свидании. Решила сыграть в невинность, кисуль? – хрипло ухмыляется он.
– А ты никак не можешь перестать говорить всякую мерзость? – раздражённо бросаю я, пытаясь ослабить хватку, но его скорость заставляет меня только крепче вцепиться.
– Почему же мерзость? Я просто озвучиваю твои тайные фантазии вслух, – нагло смеётся он. – Не переживай, если что, я даже не почувствую твои жалкие попытки меня соблазнить.
– Твои фантазии – это твои проблемы. Можешь развлекаться с ними без моего участия, – огрызаюсь я, чувствуя, как от злости горят мои щёки.
– О, детка, развлекаться я буду исключительно с тобой. И ты будешь молить о продолжении, – насмешливо тянет он, ещё больше увеличивая скорость и заставляя моё сердце бешено биться от страха и раздражения.
Я плотно сжимаю зубы и мысленно клянусь себе, что не позволю этому придурку победить меня в его мерзкой игре.
Глава 10
Мы мчимся по ночной дороге, ветер свистит в ушах, и Ямин явно специально прибавляет газу на поворотах, заставляя меня всё крепче прижиматься к его спине. Я отчаянно стараюсь держать дистанцию, но каждое резкое движение байка заставляет меня невольно впечатываться в его широкие плечи.
– Кисуль, а говорила, что не завожу. Прижалась так, что и не отлепить, – ухмыляется этот напыщенный индюк.
Я только сейчас понимаю, что байк уже не летит как ненормальный по дороге, а мы остановились.
– Это если мы слетим с мотоцикла, чтобы я на твоей тушке как на подушке безопасности выехала, – моментально выпаливаю я в ответ, стараясь вложить в слова максимальное раздражение.
Ямин громко и откровенно смеётся, явно довольный моим дерзким ответом. Его довольная физиономия заставляет меня сжимать зубы от злости ещё сильнее.
– Не переживай, детка, моя "тушка" готова принять тебя в любое время и в любой ситуации, – нагло подмигивает он, снова провоцируя во мне бурю раздражения и возмущения.
– Твоё самомнение поражает даже сильнее, чем твоя наглость, – выпаливаю я, стараясь сохранить последние остатки своего терпения.