Вместо ответа она переплела свой изящный локоток с моим и пригубила вино. Я обомлел.
Ядвига обдала моё ухо горячим дыханием:
– Ну как?
Вошёл дворецкий, встречавший нас у ворот.
– Джакузи готово, госпожа.
– Отлично. Ромашик, перенеси туда вино и угощение. Мы пока тут побудем.
Он кивнул, каким-то волшебным образом уместил всё это на подносе и ушёл.
Незаметно мы взялись за руки и говорили о чём-то глупом, ускользающем из памяти, как карп из опущенных в воду ладоней. Я видел его перед собой, живого и яркого, но не мог схватить. Ядвига хихикала, что-то нашёптывала на ухо. Я чувствовал себя невозможно пьяным и не понимал, от чего.
Она была так близка, но не давалась в руки. Несколько раз я пытался поцеловать её, но она уворачивалась и игриво отталкивала меня. Вопреки всему, с каждым отказом я жаждал её всё сильнее.
Наконец, пришёл Ромашик. Ядвига велела ему потушить камин и принести чистые полотенца и халаты.
– Поднимайся.
Она повела меня вниз по лестнице в огромную обильно освещённую светлую комнату. В дальнем углу виднелась внушительных размеров ванна, чуть ближе – огромное пенное джакузи.
Ядвига расстегнула пуговицу на лёгком платье, и оно соскользнуло на пол. На ней остались лишь изящные трусики. От одного вида красивой спины, прикрытой ниспадающими локонами, у меня пошли мурашки.
Она грациозно прошла в сторону джакузи и медленно опустилась в пену.
Я разделся и полез вслед за ней. Немного не удержался и поскользнулся, шоркнувшись о коврик на дне, что вызвало у неё смех.
– Ты милый, – сказала она и положила мне в рот виноградинку.
Закрыв глаза, я расслабился в горячей воде, опершись на бортик. Поднимавшиеся со дна пузырьки приятно щекотали. Я поглядывал на Ядвигу и был вне себя от радости. Сотни людей наверняка мечтали оказаться с ней рядом. А я – оказался. И даже более того, сижу с ней голышом в джакузи.
Ядвига ела бутербродики, запивая их вином.
– Присоединяйся, – она изящным жестом указала на мой наполненный бокал.
Я выпил ещё и понял, что не могу больше терпеть. Возбуждение горело во мне и едким дымом жгло глаза и уши. Незаметно моя рука опустилась на бортик рядом с её точёными плечами.
Она посмотрела на меня с дивной полуулыбкой и непонятным огонёчком во взгляде. Затем подвинулась чуть ближе. Её рука скользнула под воду и игриво прошлась по моему торсу.
– Хочешь начать сейчас? Здесь?
– Ага.
Она закрыла мой рот жарким поцелуем. Я поддался, вдыхая сдержанный запах её духов, терпкого вина и мыльной пены, накрывавшей пушистым одеялом. Я обнял её за талию.
Ядвига перекинулась через мою спину и вытянула что-то с подноса.
– Одевайся, я подожду, – она покрутила перед моим лицом блестящим квадратным пакетиком.
Я вылез из воды и, обтёршись полотенцем, надел презерватив. Такое ощущение, что у неё они повсюду лежат. На все случаи жизни, так сказать. Она схватила меня за руки и потянула в воду.
Без лишних слов Ядвига уселась на меня сверху и вовлекла в глубокий страстный поцелуй. Медленно и нежно она тёрлась о мой член, тихо постанывая на ухо, и я решил ей помочь. Схватив за талию, я вонзился в неё и поцеловал тонкую шею. Она царапала мои плечи и кусала нижнюю губу. Постепенно я ускорялся, лаская её тело.
Неожиданно она остановилась и, прижавшись ко мне на максимум, мягко задвигала бёдрами. Я ласкал её ягодицы и наслаждался происходящим. Горячая вода обволакивала со всех сторон кокетливыми пузырьками.
– Скажи, может, ты что-то хочешь сделать? – горячо прошептала она мне на ухо. Её руки ласково массировали мои плечи.
– Хочу любоваться на твою спину.
Она улыбнулась.
– Хорошо, но только после того, как я наиграюсь, – мурлыкнула Ядвига и снова мягко запрыгала на мне. Я опёрся руками о дно и подавался ей навстречу. Было не очень удобно сохранять равновесие, но ей, похоже, всё нравилось: она не сдерживала громких стонов, периодически срываясь на крик. После зажимающей себе рот Анфисы это казалось диким. Она дразнила меня, насаживаясь до упора и резко поднимаясь, делала большие паузы, изводила меня. Я мечтал прижать её к бортику и трахнуть так сильно, чтобы искры из глаз посыпались.
Она целовала меня и изредка обжигала уши своим дыханием, едва прикасаясь к ним кончиком языка.
Наконец, Ядвига подмигнула мне и, сев рядом, зашептала на ухо:
– А что насчёт тройничка?
– М? – я, несколько секунд назад кайфовавший, недоумённо уставился на неё.
– Ты, я и та милая девочка со Школьной улицы.
Я попытался представить и не смог. Образ Анфисы таял и терял очертания рядом с осязаемой и живой Ядвигой.