– Я беременна!
В её голосе я увидел битое стекло.
Она бросила трубку.
Глава 12.
Я уставился на потухший экран.
Этого не может быть. Это всё выдумка, чтобы вернуть меня, правда же?
Из глубины гортани пружинкой выпрыгнул нервный смешок.
Она лжёт мне.
"У неё проблемы из-за тебя!" – и вновь этот чертовски холодный и равнодушный голос.
В висках стучало. Сердце бешено заколотилось.
Этого не может быть!
Память вернула меня на полтора месяца назад, в ту самую ночь.
– Послушай… ты ведь был там, когда… кончил?
– Ага. А что такое?
– Ой! А я не забеременею?
– Ты чего так волнуешься? Ты же девственница. С первого раза не беременеют!
Вот чёрт.
Сев на край ванны, я схватился за голову в попытке успокоиться.
Беременна. Это что, прям по-настоящему, с растущим животом и кем-то, похожим на инопланетянина, внутри него, со всеми стремными причудами и дикой тошнотой?
Мои размышления прервал стук в дверь.
– Тамерлан, ты там?
Ядвига кричала будто из другого мира, в котором никогда не было плохих новостей.
– А, да… сейчас выйду.
Я плеснул в лицо холодной водой. Не помогло.
На выходе она обвила меня руками:
– Жду через полчаса на завтрак.
– Угу.
Я поплелся в свою комнату, чтобы почистить зубы и надеть чистую одежду. Голова была забита совершенно другими вещами.
Закончив с утренними делами, я спустился на первый этаж и вышел на террасу. Большой стол был накрыт на две персоны. Заняв место на угловом диванчике, я замер в ожидании.
Служанка поставила передо мной горячий суп. В нём болтался комок сметаны. Я разбил его ложкой.
Ядвига вышла. На ней было короткое облегающее изящную фигуру чёрное платье и длинный прозрачный халат с шелковым поясом.
– Как всегда прекрасна, – я сказал это по привычке, со счастливой улыбкой, пытаясь сделать вид, что этого злосчастного звонка не было.
Она села напротив, и мы принялись за еду.
– Ядвига, – я осторожно позвал её.
– М? – отозвалась она, промокая губы маленькой салфеткой.
– Мы вчера не предохранялись, верно?
Брови Ядвиги чуть приподнялись:
– Ну да. Чего это ты вдруг?
– А ты… не боишься?
Она издала короткий смешок:
– Если ты не предохранялся, это не значит, что не предохранялся никто.
– Вот как. А как ты предохраняешься?
Девушка осторожно ела горячий суп, подолгу дуя на ложку. Чуть поодаль от слабого ветерка развевался прозрачный тюль, скрывавший нас от лучей солнца и посторонних глаз.
Она перевела на меня напряжённый взгляд:
– Что это ты вдруг?
Я поперхнулся.
– Ничего, просто интересно.
– Не юли, – голос Ядвиги стал тихим и строгим: – Никогда не интересовался, а тут вдруг… выкладывай, что случилось.
Почему-то мне было чудовищно стыдно перед ней.
– Знаешь, тут такое дело… – я мялся и нервно теребил расстегнувшуюся пуговицу на рукаве. Отчего-то подобрать слова казалось мне непосильной задачей. – Помнишь ту девушку, Анфису?
Почему-то её пухлые губы растянулись в улыбке.
– А, та милая девочка со Школьной улицы? С которой вы "просто жили вместе"?
– Верно.
– Да-да, и что?
Я покраснел, как подросток, застуканный за чем-то неприличным:
– Она… позвонила.
Ядвига отложила столовые приборы в стороны и посмотрела, подперев подбородок сложенными в замок руками:
– И?
– Она беременна.
– Замечательно. А ты тут причем? Вы же просто жили вместе, если не ошибаюсь?
Цепляется к каждому слову. Как же раздражает.
– Ну да, трахались пару раз. До того, как с тобой встретились.
– Замечательно. Только я тут причем?
– Помоги мне.
– И чем же?
– Скажи мне, какое лекарство ты принимаешь?
Она посмотрела на меня как преподаватель на экзамене. Долго и очень внимательно. Затем долго пила чай.
– Тамерлан, вот скажи мне честно: ты ебанутый?
– Нет.
Я вышел из-за стола и упал перед Ядвигой на колени.
– Помоги, пожалуйста. Нам обоим этот ребёнок не нужен! Ей же лучше будет!
Её презрительный взгляд хлыстом обжёг меня.
– И что же мне теперь, каждой твоей залетевшей шлюхе помогать?
Я уткнулся в её бедро.
– Пожалуйста, Ядвига. Я не знаю, что мне делать. Мне страшно.
– А думаешь, ей не страшно? – ответила она, грубо отпихнув меня ладонью. – Думаешь, она знает, что делать?!
– Ну, я помогу ей… решить проблему.
– Знаешь, что, милый? – её голос стал сладким и тягучим, как патока.
– Что?
– Ты – её самая большая проблема!
Ядвига отодвинула своё кресло и быстрыми шагами удалилась. Со вздохом я вернулся на своё место. Суп давно остыл, но есть особо не хотелось.