– Что же там? – её голос разлился по номеру, нежной патокой обволакивая всё моё тело.
Я встал и с щелчком раскрыл её. Дрожащими пальцами вытащил кольцо из бархатной подложки и отшвырнул коробочку в сторону.
– Я люблю тебя, Ядвига.
Ядвига молчала, смотря куда-то в сторону, и я не мог прочесть её чувств.
Обвив пальцами правую ладонь, я надел кольцо на её изящный безымянный пальчик. Она долго и внимательно разглядывала мой подарок, а затем едва заметно улыбнулась.
– Оно такое красивое. Спасибо тебе большое. Пойду поставлю цветы в вазу.
Я даже растерялся. Казалось, она так увлеклась подарками, что пропустила мои слова мимо ушей. Опустившись в кресло, я обхватил себя руками. Почему мои чувства не могут дойти до неё?
Запах ладана кружил голову. Глаза привыкли к полумраку, и я увидел, что Ядвига выбрала очень красивый и живописный номер. Напротив моих глаз на стене висел большой слегка вогнутый телевизор, ниже него внушительный музыкальный центр. Рядом со мной – ещё одно кресло и уютный кофейный столик из чёрного стекла. На нём у самого края в изогнутую дощечку была воткнута дымящаяся палочка.
Приятный полумрак создавали бра со стилизованными под свечи лампами. Через окно, занавешенное плотными бордовыми шторами, по полу змеёй сочилась тонкая полоска солнечного света.
Обернувшись, я разглядел над кроватью огромную картину. На ней была изображена танцующая пара. Плотными широкими мазками была выполнена оголённая нежная спина девушки, её хрупкая шея и собранные в сложную причёску светлые волосы. Её придерживал за талию мужчина без лица.
– Красивая?
Ядвига вышла из ванной, прижимая к груди чёрную расписную вазу. Её лицо терялось в розах.
– Да.
Она поставила цветы в углу и расположилась в соседнем кресле, закинув ногу на ногу. Шёлк обнажил её кожу, до которой так и хотелось дотронуться.
Она не сводила цепкого взгляда с кольца.
Неужели она даже не ответит мне?
– Ты… не любишь меня? – с трудом проговорил я.
Девушка посмотрела на меня долгим взглядом На её лице играла лёгкая, немного лукавая улыбка.
– Разве это… – Ядвига поднялась и, грациозно виляя округлыми бёдрами, обошла моё кресло и склонилась. Её руки обвили моё тело, а горячее дыхание обожгло висок:
– Милый Тамерлан, – томно, с придыханием произнесла она, цедя слово за словом, точно капли воды, падающие на водную гладь, – неужели это так важно сейчас?
Её пышные кудри источали слабый аромат специй.
Она чуть сжала моё плечо.
– Ты уверен, – и порывистым танцующим движением оказалась на моих коленях, – что правильно придавать этому большое значение?
Я испытывал смешанные чувства. Ядвига ластилась, будто кошка, но при этом пыталась съехать с темы.
Её пальцы зарылись в мою шевелюру. Я выдохнул. Она нашла губами мою шею и провела языком невесомую полосу.
Я взял её за подбородок и заглянул в глаза. Она смотрела на меня, и я никак не мог прочесть ни одного чувства в холодной голубизне её радужки.
Её полные губы с яркими следами стёртой помады нашли мой рот. Она долго, нежно смакуя каждое движение мышц, каждое прикосновение языков, целовала меня.
Я закрыл глаза и обхватил руками её талию, облаченную в тонкий шёлк. Запах благовоний мягко уносил к облакам. Правая ладонь поднялась вверх, к чуткой груди. Указательный палец мигом нащупал выступающий крошечной ягодкой сосок. Левая нырнула под кимоно, к кружевному белью.
– Тамерлан? – шепнула она мне на ухо, тяжело дыша.
– Что такое?
Она отвела взгляд в сторону.
– Ты хотел бы когда-нибудь, – изящные пальцы Ядвиги стаскивали с меня пиджак, – попробовать что-то особенное?
Я будто исчез и превратился в разряд, следующий за теплом её прикосновений.
Ядвига, что же ты со мной такое делаешь? Ты ведьма?
Она не прекращала ласкать меня. Я старался отвечать ей, но ноги и руки будто стали ватными, как у плюшевой игрушки.
– Тшш, – в её руке сверкнул маленький красный шарик на ремне. – Откроешь ротик?
В любой иной ситуации я бы ответил нет. Возможно, даже позволил себе грубо спихнуть её на пол, накричать. Но сейчас… Ядвига, да я землю жрать готов, чтобы ты любила меня!
– Вот и умница, – она заботливо втолкнула кляп в мой доверчиво распахнутый рот и щелчком замкнула ремешок на затылке. – А теперь…
Она опустилась передо мной на колени и нашарила пуговицу на ширинке.
– Хочешь наслаждаться бездействием?
Моё сознание всколыхнулось её томным голосом. Перед глазами одна за другой возникали мучительные картины одна слаще другой.
Преодолев молнию, она потянула за пояс. Я услужливо приподнялся, чтобы ей помочь, скидывая с себя рубашку.