— Привет, Сень, — он испуганно вздрагивает и замирает на месте.
Я с улыбкой наблюдаю за его широкой напряжённой спиной.
— Софа, как дела?
Сдерживаю смех, когда Сеня осторожно придерживает двумя пальцами бутылку в кармане.
— Нормально, тебе помочь?
— Нет, тогда мне ничего не останется.
Мы оба смеёмся от всей этой ситуации.
— Семёновичу ни слова!
— Уже бегу жаловаться, — подшучиваю я, устало подходя к тележке с едой.
Она больше меня в два раза. Я не представляю, как буду катить её через всё поле для гольфа. Ещё надо не облажаться, а это совершенно не про меня. Уже вижу, как спотыкаюсь о свою ногу и лечу на землю вместе с этой тележкой. На глазах у Волкова.
Чёрт бы его побрал.
— Удачи, крошка, — Аделина подмигивает мне и скрывается на кухне.
На улице сегодня пасмурно, идёт мелкий дождь. За это я и люблю Питер. Но вместо того, чтобы сидеть в ресторане, некоторые отправляются играть в гольф.
Странные они. У богатых свои причуды.
Я наслаждаюсь приятным холодным воздухом и стону от бессилия, когда понимаю, сколько мне придётся идти.
По пути прохожу мимо других богатеньких кошельков. Не понимаю, почему мне отдали работу Жанны. Ходят слухи, что здесь оставляют неплохие чаевые. Если я сильно не накосячу, то, может, получится подзаработать сегодня.
Тринадцатый столик. До него мне ещё сто метров. Ноги уже болят. Тележка тарахтит и постоянно где-то застревает. Из-за тяжести её постоянно заносит вбок. Я еле дышу, будто пробежала марафон.
Я делаю шаг и врезаюсь в эту тележку животом, шиплю от боли. Эта дрянь снова застряла. Толкаю со всей силы и чувствую, что её заносит в совершенно другую сторону, и она врезается в какого-то мужчину.
Громко охаю, подбегая к нему.
— Прошу прощения, — шепчу я, стараясь оттащить эту громадную тележку. — Я случайно.
Неуверенно поднимаю голову и ловлю на себе холодный взгляд серых глаз, которые смотрят на меня так, будто я ничтожество.
Сердце бешено стучит.
Виктор Семёнович меня точно закопает сегодня.
Я больно кусаю губу, испуганно озираясь по сторонам. Мужчина безразлично качает головой, поворачивается к своему собеседнику и, как ни в чём не бывало, продолжает разговор.
— Эй, тебе сюда! — пренебрежительный голос заставляет меня обернуться. Светловолосая женщина средних лет поднимает свой указательный палец, подзывая меня к своему столику.
Без тебя бы не догадалась.
— Сколько можно ждать! Ну и сервис здесь! — возмущается она.
— Прошу прощения, — виновато говорю я, фиксируя тележку напротив стола.
— На чаевые можешь не рассчитывать! — фыркает она.
Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Надо было сказать Сене, чтобы стащил больше виски.
Быстренько протираю столик и начинаю раскладывать еду. Достаю бокалы, расставляя их друг напротив друга. Я не поднимаю головы, стараюсь быстро управиться и поскорее уйти отсюда.
— Надо было остаться на веранде, — вслух продолжает возмущаться женщина.
— Это неплохая беседка, — вежливо говорю я.
Краем глаза замечаю, что к нам подходит девушка и светловолосый мужчина.
Неужели это и есть тот самый знаменитый Волков?
Выглядит довольно безобидно.
Замечаю, что женщины одеты в форму для гольфа: чёрные футболки заправлены в короткие белые юбки. Волосы аккуратно завязаны и спрятаны под белой кепкой.
Блондин одет в чёрное поло и белые брюки, он держит кепку в руке и тянется к бутылке с водой.
— Ксения Николаевна, присаживайтесь! — довольно тараторит блондин.
— Ты прям джентльмен, — с улыбкой говорит Ксения.
— Какие напитки вы предпочитаете? — тактично интересуюсь я.
— Нам шампанское! — заявляет та самая блондинка, которая изводила меня минуту назад.
Я слабо киваю, достаю бутылку. Костик, наш бармен, научил меня, как искусно открывать шампанское. Тянусь за ножом, достаю бутылку из ведёрка со льдом, одно резкое движение, и пробка летит в сторону.
— А что если бы пробка отлетела и попала мне в лицо? — раздражённо шипит блондинка.
Думаю, твой ботокс бы с этим справился.
И пробка, скорее, отрекошетила бы обратно мне в глаз.