Смотрю на себя в зеркало, понимаю, что не узнаю девушку перед собой. Тёмные круги под глазами, отросшие чёрные корни и очень бледные губы.
Как я докатилась до этого?
Набираю в ладони холодной воды и умываюсь, желая избавиться от жара во всём теле.
Волков считает, что я шлюха…
К горлу подкатывает ком обиды и разочарования. Я ещё несколько минут туплю взгляд в раковину, а после достаю из шкафчика сменную одежду.
Пусть думает, что хочет. Мне без разницы. Это ему что-то нужно от меня. Наказания ещё какие-то придумал, будто мы в период крепостного права живём. Я не буду в этом участвовать.
Приняв твёрдое решение, я начинаю расстёгивать пуговицы на рубашке, как слышу неуверенный стук в дверь.
— Да? — хмурясь, спрашиваю я.
— София, Дмитрий Олегович ждёт тебя в своём кабинете, — слегка прокашлявшись отвечает Аня. — Сейчас.
Я сминаю форму в руках и недовольно открываю дверь. Никого. Пожимаю плечами и иду по коридору прямо к лестнице.
Что он снова задумал?
Очень злюсь на всю эту ситуацию, но при этом мне всё же страшно. Сложно забыть в чьей ловушке я нахожусь.
— Скажи, пожалуйста, Дмитрию Олеговичу, что я принесу виски через двадцать минут, — Аня славно улыбается мне, при этом захлопывая духовку.
— Так давай я отнесу, — предлагаю я.
— Нет, Соф, лучше просто иди к нему, — она поджимает губы, нервно перебирая края своего фартука. — Не заставляй Дмитрия Олеговича ждать.
***
Мысли путаются, я очень сильно нервничаю. Ладно, к чёрту всё. Я набираю в грудь воздуха и взволнованно стучусь в кабинет Волкова. Касаясь костяшками пальцев дерева, я чувствую дрожь во всём теле.
— Войди, — раздаётся еле слышный голос Волкова.
В горле резко пересыхает, я набираюсь сил и, схватившись за ручку, быстро захожу внутрь.
У меня сейчас будет инфаркт.
Я стою перед Волковым, опустив взгляд в пол, при этом мечтая провалиться под землю. Мне остаётся только гадать, что же он задумал…
— Разденься, — безразличным голосом говорит Волков.
Я округляю от удивления глаза, не зная, как, мать вашу, реагировать на этот приказ. Неуверенно поднимаю взгляд на Волкова, который довольно откидывается на спинку своего кресла и внимательно следит за каждым моим движением.
— Ты меня не расслышала? — выгибая бровь, спрашивает он.
Я приоткрываю рот, но не нахожу приличных слов, чтобы что-либо ответить ему. Слегка прочищаю горло, невольно качаю головой из стороны в сторону.
— Что, простите? — больно закусив губу, переспрашивая его.
Волков тихо усмехается, отворачиваясь куда-то в сторону. Когда он снова смотрит на меня, его лицо серьёзное и сосредоточенное.
— Я не буду повторять дважды, София, — в голосе Волкова я улавливаю нотки раздражения. — Ты меня услышала.
Ещё несколько секунд смотрю на него, желая вызвать хоть какую-либо эмоцию, но он как обычно холоден и равнодушен.
Дрожащими пальцами расстёгиваю одну пуговицу за другой. Рубашка свободно свисает на плечах, руки тяжелеют, когда я неуверенно снимаю её с плеч и оставляю на диване.
На мне кружевной белый бюстгальтер, через который с лёгкостью можно разглядеть соски. Я тяжело сглатываю, когда встречаюсь взглядом с Волковым.
Он склоняет голову набок, не отрывая своих серых глаз от моего лица. Волков будто наслаждается моим потерянным состоянием.
Звук расстёгивающейся молнии слишком отчётливо звучит в звенящей тишине. Ладони замирают на поясе, когда я ещё раз поднимаю взгляд на Волкова, мечтая, чтобы он остановил меня.
Хватит фантазировать, София! Ему всё равно на твои чувства.
Юбка довольно быстро соскальзывает с ног и задерживается на ступнях. Я перешагиваю через измятую ткань и становлюсь прямо, не зная, чего ожидать.
На мне обычное белое нижнее бельё, никаких стрингов, я знаю, что выгляжу антисексуально. Наверное, Волков ожидал что-то более интересное, чем это. Очень сильно надеюсь, что он разочаруется и выгонит из своего кабинета… но я с трудом отрицаю тот факт, что хочу понравиться ему.
Это расстройство какое-то, да?
— Продолжай, — сухо говорит он, опуская взгляд на мою грудь.
Голос Волкова низкий, немного хрипловатый, что выдаёт его нарастающее возбуждение. Он подаётся вперёд, скрывая своё слегка учащённое дыхание. Длинные пальцы нетерпеливо стучат по деревянной поверхности стола.