Сделав глубокий вдох, я тихо выдыхаю. Волков просто запугал меня, я его не оправдываю, но его бизнес-партнёр довёл меня до такого состояния.
— Игорь Васильевич… — всхлипывая говорю я. — Он меня домогался.
— Вот же гандон! — шипит от злости Сеня. — Мудила блондинистая.
— Ты не первая, — с грустью добавляет Аделина.
— Что за шум, а драки нет? — к нам в подсобку заходит Костик.
— Да завали ты. Не видишь, что Софа плачет? — Сеня хмурит брови, разворачиваясь к нашему бармену.
— Что такое? — недоумённо спрашивает он.
— Игорь, — просто говорит Адель.
— Твою мать, — возмущается Костя. — Соф, он тот ещё тип, не обращай на него внимания.
— Чё это вы здесь все столпились? — парни расступаются, когда слышат грозный голос Виктора Семёновича. — А ну пошли работать!
— Но…
— Авдеева, тебе зарплата не нужна? — он впивается взглядом в Аделину.
Я слабо киваю подруге, чтобы она могла уйти и не рисковать заработком.
— Что, Софа, не выдержала и часа с вип-клиентами, — кладя руку на дверной косяк, скучающе говорит директор.
— Меня домогались.
— Я думал, скажешь что-то новое. Изнасиловали, отрезали пальцы, облили кипятком, а тут всего лишь домогались.
От его слов у меня в ужасе распахиваются глаза. Я понимаю, что никто не заступится за меня. Те, у кого есть власть — им плевать. А те, кто захочет мне помочь — у них ничего не выйдет.
Я прикрываю глаза и чувствую, как слеза медленно скатывается по щеке. Бессилие накрывает меня с головой.
— Если бы ты была поумнее, то прижалась бы своей задницей к его члену и позволила бы трахнуть!
Я тяжело сглатываю, игнорируя его слова. К горлу подступает тошнота.
— Можно я пойду сегодня домой?
— Нет, пойдёшь работать на веранду, Авдеева закончит с вип-клиентами, но это только сегодня.
— Спасибо, — безразлично говорю я, доставая зеркальце.
Виктор Семёнович разворачивается, чтобы уйти, но вмиг останавливается у прохода и бросает через плечо:
— Какая же ты глупая, Миронова. Почему ты думаешь Жанна уволилась? У неё в отличии от тебя есть мозги, потому что Жанка вышла замуж за московского миллионера. Надо уметь вовремя раздвигать ноги, если хочешь, чтобы жизнь удачно сложилась.
Лучше бы он этого не говорил. Потому что всё моё нутро в этот же момент бунтует и противится его словам. Как он смеет говорить так о женщинах.
Слова директора раз за разом прокручиваются в голове. Я бы никогда в жизни не стала бы заниматься сексом с таким ублюдком, как Игорь. Лучше остаться нищей, чем быть подстилкой такого мерзкого урода.
Немного успокоившись, я возвращаюсь к работе. Остаток рабочего дня проходит более менее спокойно. Работать не веранде проще, чем с вип-клиентами.
Костя и Сеня заботливо помогают мне, стараясь поддержать. Я очень им благодарна за это. Оставив на столе счёт, я удаляюсь обратно в зал, оставляя посуду на кухне.
— Занята? — спрашивает раскрасневшаяся Аделина. — Этот Игорь такой мерзкий урод. Я полностью с тобой согласна.
— Всё нормально?
— Да, тут жена Волкова дала визитку. Хочет предложить тебе стать её домработницей. — Аделина неловко закусывает губу.
Я вспоминаю, как Ксения упоминала сегодня, что уволила домработницу, но я не знала, что всё настолько плохо.
— Я бы хотела держаться подальше от их чокнутого семейства, — шёпотом говорю я.
— Я тоже так подумала. Тогда так и передам.
Я испуганно распахиваю глаза. Аделина смеётся.
— Шучу. Просто скажу, что тебе это неинтересно.
— Спасибо, — я киваю и ухожу к бару, чтобы отнести напитки.
***
Смотрю на время, на часах уже десять вечера, я удовлетворённо вздыхаю, скоро наконец-то домой.
Аделина приходит с тележкой, и я помогаю ей разложить посуду на столе. Рыжие волосы слегка растрёпаны, а щёки красные от смущения.
— Что такое? — недоумённо спрашиваю я.
— Давай я не буду тебя расстраивать, — с улыбкой говорит она.
— Ну давай уже, мне интересно.
— Волков очень горячий!
— Понятно, — я поднимаю руку, останавливая её. — Не продолжай.
— Ну уж нет, теперь слушай, — перебивает Аделина, — В жизни он ещё красивее, чем на фотках в интернете. Такой высокий, накаченный и сексуальный, ещё в своей чёрной рубашке, и эта щетина, — она пытается говорить тихо, но с каждым словом её голос становится громче.
— Адель! — громким шёпотом перебиваю я, чтобы привести её в чувства. — Перестань! Спустись с небес, на которые забралась. Ты возвела его в ранг богов. Это уже ненормально. У тебя зависимость от него.