Я почувствовал вкус ее восторга явно адресованный холсту на стене. Интересно…- я и раньше чувствовал эмоции людей, но только заключенных у всех же остальных представителей расы, которых я встречал были так называемые чипы, которые подавляли их эмоции, не давая нам их пить, что спасало людей от смерти. Такие чипы внедряли в 11-15 лет, во время полового созревания, когда эмоции людей становятся наиболее яркими, и чип может настроиться на самый высокий уровень, обретя способность скрывать их в экстренных ситуациях в будущем и добавляли новые, как дополнительную защиту, если людям приходилось быть рядом с нами дольше обычного, например слугам. Лишиться чипа насильно по закону могли заключенные, чтобы можно было улавливать их эмоции, выясняя правду. Люди полагали, что наша энергия вредна для них, но на самом деле их убивали их собственные эмоции, слишком соблазнительные для нас, чтобы не выпивать их до дна, медленно убивая жертву. Нашей расе запрещено заниматься подобным с обычными людьми без их согласия. Для этого существуют шлюхи или же просто рьяные выцерквленные представители низшей расы, что впрочем в какой-то мере одно и тоже. Просто кто-то продается за деньги, а кто-то «за спасение своей души светом Богов-Голоссаров». Хотя, как мне известно ,люди думают, что любой Голоссар может убить человека и ему за это ничего не будет. На самом деле будет, просто мы не судим господ перед слугами. Забавно наблюдать, как люди интерпретируют наши законы со своей точки зрения.
Нравится?- обратил наконец на себя я внимание человека.
Я новый автор на портале, очень надеюсь на вашу поддержку и лайки!
Глава VI
Голоссар
Человек резко обернулась, и я уловил страх (хм неудивительной), смятение и… что это? Недовольство? Она недовольна, что ее оторвали от лицезрения картины? Она тупо уставилась на меня своими большими карими глазами. Ее рот несколько раз открывался и закрывался вновь. Человечка явно не знала, что сказать. Глаза лихорадочно стали осматривать комнату в поиске ответов.
Дааа- неуверенно наконец произнесла она.
Есть вещи которые будут ценны всегда. Ценны не только золотом, которое за них можно отдать, но и смыслом, идеей, которую они несут. – философски заметил я, рассматривая хрупкую фигурку. Она явно была не из слуг… ну или зачем-то переодела униформу, сменив ее на свою одежду. Обтягивающие светлые джинсы и полупрозрачную футболку, через которую просвечивался простой бежевы лиф.
Сколько тебе лет?- неожиданно для самого себя спросил я. Наверное следовало поинтересоваться, что она тут вообще делает и где ее чип, но увидев ее соблазнительную фигуру мне вдруг стало жизненно необходимо знать доросла ли она до того, что я могу без зазрения совести смотреть на нее.
Девятнадцать – тихо проговорила человечка, вкладывая в этот голос вопросительную интонацию, явно не понимая, как впрочем и я, смысл моего вопроса.
Меня снова прошибло. Я с шумом вдохнул ее эмоции сдерживая себя, чтобы не иссушить ее прямо сейчас. Не могу же нарушить собственный закон…
И что же тут делаешь? Или командор Леон решил приобщить своих шлюх к искусству?- Я почувствовал, как вокруг девушки закружил явный протест, недовольство… презрение. Ко мне? Мне не понравился его вкус. Восторг пока что был приятнее всего.
Ничья я не шлюха- с нажимом проговорила девушка- Я работаю в библиотеке в отделе искусства первого поколения. И я пришла сюда… -она замялась явно придумывая повод- да, я пришла сюда, чтобы каталогизировать .. некоторые… рукописи 17 века. – человечка с вызовом посмотрела на меня, явно стараясь сама поверить в свою лож и тем самым надеясь убедить в ней меня. Детский прием.
Тоесть ты хочешь сказать, что командор Леон пригласил тебя- человека, чтобы каталогизировать его личную коллекцию рукописей … как ты там сказала.. 17 века. Интересно…- я развлекался, наблюдая как с ее личика уходит победная улыбка. Улыбка человека, который поверил, что вот- вот обыграет противника- Оооо, это так на него похоже. Стрина Ленни. Всегда старается на благо человеческой науки.- с сакразмом сказал я.
Девушка растеряно оглядывалась по сторонам явно не вовлекаясь в мое веселья и ища путь к отступлению. И тут я услышал стук в дверь. Черт, кого там принесло? Я раздражено подал голос, что можно войти, не отрывая взгляда от растерянного лица человечки.
Ваш бренди,Геонос- в поклоне произнес слуга и застыл, изумленно смотря на свою соплеменницу. Услышав как слуга ко мне обратился, девушка резко перевела взгляд с книжного стеллажа, который все это время почему-то очень ее занимал и изумленно уставилась на меня. В ее эмоциях я уловил изумления (Ну кончено), страх и… неприязнь. А это становится все интересней и интересней.