– Пора обедать, – сказала я, вешая лук на плечо.
– Давай я сделаю колчан, – предложил Тентли.
– Давай, – согласилась я. С этим я бы и сама справиться, но, раз мужчина предлагает…
Бросив ему хитрый взгляд, я взяла Тентли за плечи и чуть повернула. Плотник даже напрягся. Обычно я его сама не касалась.
– Стой так, – скомандовала я, вытащила из сумочки на поясе соар и поставила плотнику на голову.
– Ты чего? – спросил Тентли.
Я отошла, снова приготовила лук и велела:
– Не шевелись.
Прицелилась во фрукт на его голове.
Тентли плотно сжал губы, затем кулаки. Я опустила лук и рассмеялась.
– Ну что ты? – вымолвила я. – Я же шучу!
Тентли снял соар с головы и сказал:
– А я не шутил.
– Я не настолько хорошо стреляю, – попыталась я оправдаться. – Я ж тебя дразню.
Мой друг не ответил. Лишь сунул фрукт мне в сумку. Похоже, я его обидела. Но чем?
Хотя Тентли перестал, как раньше, так явно нервничать рядом со мной, но я уже не помнила, когда он в последний раз смеялся. Мне он всегда казался дружелюбным. Наверное, там, на Манпадоре, Тентли рос жизнерадостным юношей. Я привыкла, что люди вокруг меня начинают меняться. В Толигорде на меня смотрели как на образец с королевской выставки. Понятно, что с лейвой не стоит шутить, но это ведь не значит, что в ее присутствии можно забывать про юмор.
Мы с Тентли постояли так какое-то время, затем я высказала:
– Тебе тяжело со мной.
– Ну… – Тентли принялся снова возводить кучки из камней, служившие нам мишенями. – Разве что самую малость, Эвелина.
– Мы уже долго на острове, – сказала я, глядя, как он работает, не оборачиваясь на меня. – Когда я рядом, ты беспокоишься о чем-то. Тентли, я не понимаю, тебе лучше, когда я рядом, или когда меня нет?
– Я этого тоже не понимаю, – признался плотник. – Наверное, я еще не пришел в себя после…
Он не договорил.
– После чего, Тентли? – спросила я.
И тут плотник меня удивил. Он швырнул камни, чем меня даже напугал. Раньше я не видела, чтобы он срывался на своей работе.
– С тех пор как ты тогда бросилась мне на шею, вся голая и такая беззащитная, – сказал он. – Эвелина, с тех пор я не сплю нормально. Не могу этого забыть.
Он замолчал, и я была этому рада. Меня бросило в краску. А Тентли, напротив, бледнел все больше.
Неизвестно, сколько мы так простояли, пока сверху не послышался рокот. Я быстро обернулась, приготавливая стрелу.
И над нами пролетел дракон.
Глава 24.
Никогда я не умела быть готовой к неожиданностям. Наверное, потому они и случаются, что всегда происходят внезапно. Ведь если ты готова к ним – это уже не неожиданности.
Дракон тяжело опустился за дальней скалой. Я бежала к нему, неслась по песку, почти не оставляя следов. Тентли что-то кричал мне вслед, и по звуку голоса я понимала, что он не идет за мной. Стоит на месте. Он не хотел меня сопровождать ни в чем, что я могла бы задумать, завидев дракона.
А я и не думала ни о чем – следовала сердцу. У меня не было плана на возвращение Лестира, и я не приготовила речи. В прошедшие дни я тоже не думала о нем. Но от себя, похоже, не убежишь. Разве вязь истинности перестала расти на моей руке? Нет, и даже больше – она пустила корни в моей душе. Что бы ни делал Лестир, как бы ни повел себя – он всегда оставался частью меня. И я цеплялась за эту часть, чтобы не оказаться раздавленной окружающей картиной. Дракон символизировал собой, что есть мир снаружи, а не только этот затерянный остров.
Я добежала до скалы, рядом с которой сидел дракон. Кажется, я не была еще в этой части острова. Может, потому, что здесь берег оказался густо усеян водорослями, по которым мне было сложно ходить босиком.
Дракон сидел прямо на водорослях, спиной ко мне. Точнее, я видела лишь сложенные на спине крылья. Ни разу не видела его в такой позе. Зато теперь я могла хорошо рассмотреть кольца и кресты, составлявшие узор, с которого и нарисовали герб клана Тотву. Несколько извилистых полосок на крыльях были мне незнакомы, и я поняла, что так долго рассматриваю узоры, потому что боюсь начать разговор. Да и Лестир не спешил оборачиваться в человека.