– Ты поняла, Эва? – спросил он шепотом.
– Нет, – призналась я тихо. – Прочувствовала.
– Это хорошо. Я использовал силы драконов не так, как следовало. И теперь встречаюсь с последствиями. Магическое эхо долго следовало за мной по пятам – и наконец настигло.
– Ты нарушил правила магии и спас кого-то, используя драконьи силы? – спросила я.
– Да, – ответил Лестир. – Тебя.
– Что?!
– Я вытащил тебя на берег после кораблекрушения. Мне же была дарована магия дейра, чтобы разрушать, а не спасать. Так и появился тигр – напоминание мне, что решать вопрос с тобой надо было прямолинейнее. Позволить тебе умереть. Ты отогнала его сама на первый раз, но затем я сразился с ним, снова спасая тебя. И пошел против законов природы.
Я прижала пальцы ко рту. Отвернулась, прошла по тропе немного вперед, глядя, как мои ноги утопают в хвое.
– Тигр, – вымолвила я. – Твое магическое порождение, что следует за дейра.
– Не за всеми дейра, – поправил Лестир. – Лишь за теми, кто пользуется магией драконов для личных, эгоистичных целей. Например, спасения жизни вместо ее отнимания.
– Как так? – не поняла я. – Разве вы не можете оборачиваться, летать и изрыгать пламя каждый раз, когда захотите?
– Можем. Но у всего есть цена. И ты видела мою.
Мне захотелось сесть на землю от внезапной слабости, но я сдержалась. Глянула на вязь на руке.
Орнамент слегка изменился, стал менее грациозным. Будто рисовали прекрасную картину, и в самом конце кто-то дернул холст, прежде чем художник убрал кисть. К вязи добавились линии, неправильность которых не была заметна глазу, но не прошла мимо сердца.
Если я верно поняла, то Лестир использовал силу дракона во благо, и это было для дейра недопустимо. И мироздание ответило, породив тигра. Только от этого я не стала лучше понимать белого монстра.
– Чего тигр хочет от тебя? – спросила я. – И за тобой ли он следует? Может, за мной, или за моим деревом?
– Тигр хочет того же, чего хочу я, – ответил Лестир. – Только воплощает это желание совсем не так, как желаю я. Представь, что ты хочешь вылечить больного друга. Пока ты промываешь ему раны и накладываешь целебную мазь – это одно. И совсем другое, если ты обращаешься к магии, прося его исцелить. Но в ответ он не исцеляется. Вместо этого в воздухе рождается кинжал, который разит его насмерть. И ты понимаешь, что на самом деле хотела не исцеления для друга. А избавления от боли для себя. Потому что тебе было невыносимо тяжко наблюдать его страдания. И мир в ответ призывает кинжал, что прекращает его муки. Вот что происходит, если бездумно прибегать к этим силам. Но тебе бояться нечего. Ты лейва, и твоя сила позволяет тебе только создавать. Однако сила дейра позволяет мне лишь разрушать.
– Значит, белый тигр извратил твои стремления? – спросила я.
Лестир кивнул.
– И он напал на меня и пробовал разодрать мое дерево, потому что ты возжелал вытащить меня на берег? – добавила я, не веря своим словам. Мне было невыносимо тяжело наблюдать, как Лестир снова кивает.
– То, что ты описала – совершенно не то, чего хотел я, – сказал он. – Но это отражение моих желаний. Тигр показывает другой выход, более простой и, надо признать, более присущий дейра.
– И чего ты желал?! – воскликнула я. – Зачем было спасать меня после того, как потопил корабль? Лестир! Что ты от меня хочешь?!
Мо истинный снова показал мне вязь, и я увидела, что она так же скошена, как и у меня. Мое сердце дрогнуло. Неужели моя любовь к нему держалась все это время, и подкосилась лишь сейчас? Почему? Ведь именно сейчас я, наконец, готова его слушать.
С горечью я поняла, что знаю ответ. Любовь не нуждается в проверках. Если я не верю Лестиру и требую объяснений – то рождается понимание его целей. Но любовь от этого страдает. Любовь требует доверия без доказательств.
– Ты моя истинная, – сказал Лестир. – Я должен был ценить эту любовь, как человек. Но в последний момент я решил спасти ее, как дракон. Последствия этого решения настигли нас обоих, Эвелина.
– Разве любовь это преступление, за которое следует карать? – спросила я, чуть не плача.