Крепкие руки перевернули меня на спину. Я слабо улыбнулась, встретив перед собой встревоженное лицо Лестира.
– Этого нельзя было сделать, – произнес он.
Почему же нельзя, подумала я. Дракон спас лейву, подумаешь. Совсем маленькое магическое вмешательство. Ведь мироздание простит нам это, разве нет?
– Нет, – твердо сказал Лестир.
Снова он читает по моему лицу, как по свитку.
Он встряхнул меня и, перекрикивая начавшийся ливень, Лестир прокричал мне:
– Вернись к дереву! И найди Тентли!
– Ты помог мне, – только и сказала я запоздало. – Спасибо…
– Не благодари! Я был в облике дракона, когда спасал тебя. Тигр вернется, и будет хуже, чем в тот раз!
Еще не дожидаясь ответа, я поняла, что обойтись дождем с небес не удастся. Мир нас отомстит за любовь куда сильнее.
Снова став драконом, Лестир улетел без лишних слов. Я поднялась, затем снова села, потому что ноги не держали меня.
Морозный ветер охватил меня, мокрую, продувая насквозь.
Лишь одного Лестир мне не сообщил.
Сколько же у нас осталось времени?!
Глава 37.
Дождь немного стих, хотя тучи все собирались над островом. От пережитого во мне кипела кровь, но я понимала, что мне срочно нужно укрытие. Я замерзла и смертельно устала. Только соарава меня спасет.
Я обняла себя за плечи и побрела вперед. Родная уже тропинка, соединявшая два берега – морской и озерный – все еще навевала мысли о Лестире, хотя протоптали ее мы с Тентли. А проложил ее впервые и вовсе тигр, который протащил плотника до озера, позволив мне бежать следом. Но Тентли вызывал воспоминания лишь о бесконечной работе, сборе и скручивании листьев, таскании чертового кустарника и шитье иголкой из обода бочки. С Лестиром же были разговоры, которые меняли меня каждый раз и побуждали чувствовать себя живой. Речи дракона западали в душу, неизменно каждый раз вытаскивая из нее что-то потаенное.
Сейчас, пока мой истинный где-то летал, я брела по дорожке из хвои в окружении постоянно растущих кустов высотой в три моих роста, что сгибались от ветра. Я шла к соараве, и меня словно поддерживал Лестир.
Скоро я обнаружила, что Тентли нет на озере. Где же он прячется? Его шалаш вряд ли спасает от бури. Неужели Тентли все еще работает?
Соарава плавно покачивалась на ветру. Фиолетовые светлячки успели размножиться, и дерево казалось монументом, окутанным фиолетовым свечением. Это был самый прекрасный ночник, лучше любой лампы из всех, что висели в моем дворце.
– А у тебя тут симпатично, – заговорил Лестир.
Он снова стоял сзади меня, и я лишь облегченно улыбнулась при виде его. Меня уже не пугало его внезапное появление. Наоборот, я чувствовала, что, пока он за моей спиной – там безопасно.
– Я велел тебе найти Тентли, – напомнил дракон. – Нужно рассказать ему о тигре.
– Тентли сам приходит каждый вечер за водой, – сообщила я. – А твой тигр всегда появляется сильно позже. Мне надо отдохнуть.
Лестир покивал с уважением.
– А ты отважная, маленькая лейва, – заметил он.
Я так не считала, но его слова согрели мое сердце. Потому он оставил меня идти от берега моря одной? Хотел проверить, что я буду делать, когда плотника на месте не окажется?
Это не имело значения. Мне и в самом деле нужно было отдохнуть от пережитого.
– Нам туда, – сказала я, заходя на мост.
– Нам? – усомнился Лестир.
Я добралась до ствола, прежде чем обернуться. Схватилась за ветку и ответила:
– Да, нам. Иди сюда.
Лестир потрогал ногой мост, изящно раскинул руки и, как цирковой артист, пробежал ко мне, сохраняя равновесие.
Я засмеялась и залезла в дупло. Фиолетовые огоньки летали и здесь. Часть приземлились на опилки, остальные взмыли к потолку. К тому же внутри дупла успел нарасти мох, превращающий и без того комфортное убежище в словно отделанное теплой, мягкой периной.
Лестир взялся за грубый выступ коры, заглянул внутрь.
– Да, уютно, – сказал он и почесал подбородок.