Тигр тонул. Он лупил лапами по воде, пуская ровные круги, и никак не мог вытолкнуть заднюю часть из моря. Похоже, его лапы уже не слушались. И он начал выть – короткими, яростными, ревущими звуками.
Соарава описала поворот вокруг тигра. Потом еще один. И еще. Набирая скорость, создавая волны, слившиеся в водоворот.
Лестир летал точно над кораблем, слегка наклонившись левым крылом к центру водоворота.
– Вот так, – вымолвила я, медленно натягивая лук. – Еще ниже…
Из центра водоворота торчала лишь тигриная морда, которая медленно крутилась. Монстр запрокинул пасть, в последний раз выпуская пламя. Но его огня хватило лишь на то, чтобы отразить сияние чужих глаз.
Тетива из лейвьих волос высоко зазвенела, подобно натянутой стреле. Зашелестели листья на дуге лука – и стрела полетела точно в центр водоворота, угодив тигру в пасть.
Затем его накрыли волны.
И монстр ушел под воду, откуда уже не вернулся.
Я перевела дух, чувствуя, как болят коленки. Держаться на шее дракона было непросто. Словно почувствовав это, Лестир полетел вниз, плавно приземляясь на соараву, что все еще скользила под нами, будто ловя дракона.
Лестир обернулся в человека сразу, как я успела с него спрыгнуть. Я свалилась на палубу своего дерева, чувствуя, как меня ловят заботливые руки Тентли.
– Эвелина, – проговорил мой друг, помогая мне встать.
– Да, я цела, – вымолвила я, задыхаясь и держа его за руку.
Мой истинный выпрямился, невозмутимо отряхнул плащ.
– Эва, – произнес он деликатно. – Прекрасный корабль. Определенно, прекрасный.
И Лестир сделал то, что разом сняло с меня волнение. От всей души рассмеялся.
Император островов Клетитмара, аристократ Лестир Тотву – смеялся чисто и звонко, как самый обычный человек. За моей спиной хохотал Тентли, и я смеялась сквозь слезы, держа обоих за руки. И соарава, на которой мы стояли, шелестела всеми листиками, присоединяясь к нам.
Глава 55.
Остров остался далеко позади, последние отблески его пламени скрылись в тумане. Нас окружало бескрайнее море, которое на горизонте сливалось с такого же цвета тучами. Дождь моросил по-прежнему, и не было понятно, чего стоило ждать – то ли грозы, то ли солнца.
– Эва, – обратился Тентли, закрепляя компас рядом со штурвалом. – Я никогда не видел ничего подобного.
– Никто не видел, – сказал Лестир, задумчиво посматривая за борт. – Еще ни разу ни одному дейра не удавалось победить свое отражение.
– Потому вы и участвуете в войнах? – спросил плотник. – Никогда не используете свои умения во благо?
– Как видишь, жизнь и нам подбрасывает сюрпризы, – ухмыльнулся Лестир и обратился ко мне:
– Эва, ты заметила, как странно начал изъясняться твой друг? Раньше его словарный запас был чуть более ограничен, а сейчас он говорит не как простолюдин.
– Нет, не замечала ничего такого, – пожала я плечами.
Это была почти правда. Пережитые приключения выпили из меня энергию, и теперь я сидела на скамейке в борту, что соарава бережно нарастила для меня. Сейчас мое дерево усердно создавало навес над штурвалом.
Не хотелось ни о чем думать, не хотелось ничего говорить. Я была счастлива там, где находилась. И все же понимала, что, скорее всего, больше не увижу этих двух мужчин вместе. Единственных, которые любили меня и заботились.
Поэтому я просто любовалась ими с восхищением.
– Лестир, – все же обратилась я, – почему ты не говорил мне, что все это время пытался спасти меня?
– Ты уже знаешь ответ, Эва, – вымолвил Лестир.
– Знаю, – подтвердила я. – Ты хотел, чтобы я сама обо всем догадалась. Иначе я бы не поверила твоим словам, потому что слова – ничто, если пошатнулось доверие. Потому ты и направлял меня. Все, что ты делал – каждый жест, каждое слово – вело меня к раскрытию истины.
– Какой истины? – спросил Тентли.
– Той, что королю Толигорда никогда не нужна была живая лейва, – вымолвила я. – Меня держали в золотой клетке, так, чтобы у меня даже мысли бы не возникло посадить свое дерево. Я носила семя в кулоне, и, когда император Клетитмара решил забрать меня из дворца – меня, свою истинную, – король распорядился меня убить.