— Тебе не нравится, мой пончик? — уточняю, выпятив нижнюю губу. Но затем срываюсь на крик. — Вот и мне не понравилось, что ты ушёл, не попрощавшись! Козёл! Ты оставил меня одну! В подвале! Не сказал, как вернуться в своё тело!
— Я не должен перед тобой отчитываться, человеческая мартышка. Этот мир принадлежит мне, и я сам буду решать, что мне делать. Когда уходить и как уходить, — спокойно проговаривает, даже не смутившись ни капли. — Да ты и сама нашла решение, как подчинить себе своё тело.
Я ему ещё устрою… такое… такое… Не придумала ещё, но устрою! Обязательно. Обращается со мной, как с козявкой какой-то! Я ему устрою восстание козявок! С Лили так нельзя! Я и между ног дать могу.
— А вот и нет! — восклицаю, гордо подняв голову. — С другими можешь, хоть посылай их на три весёлые буквы, а со мной так не надо! Я тебе не безвольная кукла! Я будущий ангел! Существо, равное тебе.
Преувеличиваю, конечно, но звучит достойно.
— Во-первых, ты никогда не будешь равной мне, а во-вторых, ты не ангел… пока… И то не прирождённый, а так… обретённый, — якобы с сожалением унижает меня Люцифер.
— Это ты сейчас пытаешься сказать, что я подделка? — задаю вопрос, прищуривая глаза. — Сказать, что я второй сорт? Сказать, что я как китайская сумочка Гуччи?
— Ты сама это сказала, — отвечает с улыбкой на губах, которую хочется стереть чем-нибудь с его лица. Статуэткой. Табуреткой. Или чем-то потяжелее.
— Иди ты *пип*, — бросаю и замахиваюсь коленкой, решившись повторить манёвр с нашей первой встречи, но, выставив руку, Люцифер блокирует удар, грубо схватив меня за руку.
Поднимает на меня всё ещё неспокойный взгляд, подавляя. Пытаясь сказать, что мечтает сделать со мной, но не сделает.
Почему я так думаю? Не знаю. Чувствую это своей пятой многострадальной точкой.
Мой Люци хватает меня за плечи, отрывая мои ноги от пола.
— Запомни, мартышка! Если тебя ударю я, то раны будут заживать долго, а если я тебя убью, то никаким ангелом ты не станешь. Так что не нарывайся! — угрожает, притянув меня к себе, заставляя смотреть лишь ему в глаза, гипнотизируя.
— Что хочу, то и делаю! Эта жизнь принадлежит мне! — в тон ему отвечаю.
— Твоя жизнь принадлежит мне, мартышка… — шепчет, сменяя гнев на ухмылку.
Хохоча, отпускает меня, давая спокойно встать напротив него, уверенный, что теперь я не уйду. Конечно! Буду стоя слушаться и в рот ему заглядывать. Делать мне больше нечего!
Глава 14.2
— Опять обзываешься, сладенький? — цокаю. — Зачем явился, родной? — отхожу от него. — Зачем мой секс обломал? — подхожу к Астароту. — Здесь такой красавчик… — томно выдыхаю, проводя ноготком по груди демона. — Не так ли, Астри? Он нам помешал… Негодяй!
Поднимаю на шестёрку Люцифера глаза, видя, как тот мечется и не знает, что делать. Ему страшно, что красавчик его убьёт, распотрошит и скормит кому-нибудь. Собственно, логичное поведение.
— Нет, — словно робот, отвечает демон. — Мой Владыка, она шутит, — обратившись к Люциферу, продолжает он, опустив голову. — Нам запрещено спать с ангелами и тем более с людьми. Астарот не смеет ослушаться тебя, мой Владыка. Астарот верен словам и приказам Господина! Астарот — верный слуга!
— Трус, — безразлично кидаю. — Такой шанс упускаешь… — выдыхаю, проходя вглубь комнаты, начиная снимать с себя одежду, специально делаю это так, чтобы каждый, кто находится в моём доме, застыл и захотел меня. — Такой шанс, — не унимаюсь, продолжая избавляться от одежды, и уже со страхом тянусь к резинке трусиков, понимая, что никто меня не останавливает. — Вы здесь убирайте, чёртики, а я… пойду в ванную, где буду лежать в пене, абсолютно… голой, — последнее слово выделяю вздохом-стоном.
Последний шанс. Если не сработает, то просто уйду. Не собираюсь я без трусов щеголять перед всеми ними, только если перед Люцифером. Пусть будут счастливы, что я разрешила посмотреть на меня в лифчике и трусиках.
Отчаянно жду реакции хоть кого-нибудь. Ну не может Люцифер, который недавно бредил моим телом, не захотеть меня сейчас. Просто нереально… Пусть мой спектакль и направлен на то, чтобы разозлить его, но, видимо, не работает. Но хоть возбудить-то я его могу, а?
— Астарот, — неожиданно рычит Люцифер.
— Да, — заикаясь, отзывается.
— Не смей!
— Что? — непонимающе спрашивает демон, с трудом отведя взгляд от моих рук, державшихся за кромку нижней части белья.