Её, казалось бы, тихий голос сейчас звучит угрожающе громко и сильно. Продолжая тяжело дышать, девушка гневно смотрит на меня, будто бы знает, что всё это сделал с ней я…
А может быть, знает?
Обычно новоприбывшие ангелы редко когда помнят всех. Знают о существовании божественных существ, но это всё так размыто и неясно, что догадаться о том, что я сам Люцифер, практически невозможно.
— Девушка, — обращается Идрис к ней, — вы не спите. Это реальность, — вмешивается, нарушив наш непонятный зрительный контакт.
— Изыди, демон! — командует она ему, оскорбляя его. — Я в своём сне, который впервые в жизни могу контролировать. В действительности я сейчас лежу в своей кровати или, может быть, свалилась с неё. Но я сплю!
— Ты не спишь, — отрицательно качая головой, произносит директор Академии. — Дай мне руку, дитя, и я помогу тебе всё вспомнить.
— М-да уж… — тянет мартышка. — Только моё подсознание могло придумать такую жесть… Интересно, а ничего нормального я придумать не могла?
Уткнувшись лицом в колени, какое-то время так и сидит, а затем, подняв голову, с улыбкой заговаривает:
— Ну что же, продолжим. А можно, чтобы меня за руку тот красавчик держал? — спрашивает девушка, указав подбородком на меня, одарив всех улыбкой.
Глава 3.2
У этой обезьянки интересная живая мимика и удивительная скорость исцеления после моих дьявольских чар. Интересно даже… Как ей удалось? Если даже Локисор до конца ещё не отошёл.
— Нет, — отвечаю, приподняв бровь. — Увы, услугами поддержки не занимаюсь.
— Ну, пожалуйста, — просит девушка, надув губки, и пару раз умоляюще моргает.
Вопросительно смотрю на неё, всем своим видом давая понять, что не собираюсь уступать той, кто скоро станет моей новой игрушкой для пыток. Неужели я похож на собачку, которая будет выполнять все её «хочу»?
— Я обещаю, что не буду препятствовать, если ты захочешь её взять себе, — вмешивается Идрис, давая обещание, которое вряд ли сможет потом выполнить. Он попробует что-то придумать, но у него не получится, и я тем самым одержу маленькую победу в нашей бесконечной войне.
— Прекрасно, — многообещающе тяну, предвкушая всё то, что сделаю с глупой обезьянкой. — Дай ручку, дорогуша, — произношу и, поправив костюм, сажусь рядом с ней.
— Ты сейчас говоришь, как дьявол какой-то, которому мою душу продали, — прищурившись, отмечает девушка, а затем начинает от души смеяться.
Догадливая, однако. Что с ней будет, когда она узнает, кто я на самом деле?
— Ну, ты недалека от истины, — отвечаю, нацепив улыбку.
Мартышка пару раз поигрывает бровями и даже посылает поцелуйчик, вынуждая меня улыбнуться. Как только на моём лице появляется улыбка, обезьянка начинает радостно визжать, после чего произносит:
— Так-то! Никто ещё не уходил от Лили без улыбки. Ни у кого ещё не было иммунитета от моего смеха, красавчик.
— Лили! — окликает девушку Идрис, выхватив из её реплики имя. — Расслабься и думай только о себе.
— Пф-ф, я всегда думаю о себе, — самоуверенно заявляет она, но, заметив серьёзное и недовольное лицо директора, закатив глаза, отвечает: — Без проблем.
Взяв девушку за руку, Идрис закрывает глаза, накрыв её руку второй. Около минуты девушка внимательно и недоверчиво смотрит на то, что делает архангел с закрытыми глазами, а затем переключается на меня. Растянув губы в улыбке, она подмигивает мне, а затем ещё шире улыбается.
— Ты со мной заигрываешь? — спрашиваю, рассмеявшись, на что девушка посылает ещё один поцелуйчик. — Неужели думаешь, что это тебя спасёт от злой участи? — интересуюсь, начиная смеяться, и девушка высовывает язык. — Мартышка! — комментирую и этот жест.
Ладно, возможно, я её не убью, если больше так делать не будет. Всё же в Аду скучно, а если эта глупышка кое-какое время меня поразвлекает, то ничего страшного не случится.
— Лили, ты что-нибудь вспомнила? — закончив свой ритуал, задаёт вопрос Идрис, внимательно посмотрев на мою новую игрушку и точно уже зная ответ: ничего.
Ведь если бы всё прошло удачно, то Лили была бы сейчас в отключке, её глаза должны были светиться, а на спине появились бы зачатки крыльев. А ничего из вышеперечисленного у девушки не наблюдается.