И во мне что-то переворачивается. Я не в состоянии бесстрастно наблюдать за тем, как льется этот поток боли.
Я поднялся, протянул было к ней руку, но передумал. Как тебя понять, Аи… то ночью сама в меня вцепилась, то шарахаешься, как от прокаженного. Как тебя утешить-то?
Осторожно положил руку ей на голову. Она резким движением вскинулась, глядя покрасневшими глазами на меня снизу вверх. Сжалась вся под моей ладонью. Но не шарахнулась в сторону.
Вздохнув, я неловко, сам не зная зачем, погладил ее по макушке.
-
Осторожно, черновик!
-
Дрожащие губы искривились еще сильнее, и она снова заплакала, горько, почти беззвучно.
Обниматься мне как-то расхотелось. На нее такую посмотришь – и даже руки опускаются. Собственной догадливости тоже радоваться что-то не тянуло, хотя повод возгордиться был, и немаленький.
Но ни торжества, ни гордости я не ощущал. Жалко ее. Жалко так же, как других жертв этой войны. Пусть начали ее не мы, пусть нам было за что мстить, но в итоге страдали невинные люди, которые не кровь проливают на полях сражений за деньги, а пекут хлеб, шьют одежду, растят детишек… или молятся Гитосу.
Только вот не сходится у тебя что-то, малышка. Кто же ты такая, если тебя уговаривали, а не взяли силой, как твоих подружек? И на что именно уговаривали? Замуж, что ли, звали? В это слабо верится, да и методы убеждения так себе, прямо скажем. Нет, цель, похоже, была другая… Интересно, какая? Сделать своей – очень уж расплывчатая формулировка, хотели бы просто изнасиловать – так бы и сделали, тот же наш принц не постеснялся бы…
И не вовремя ведь ты попалась, раз тебя как раз собирались увезти подальше от военных действий.
И вместе с тем едва ли не впервые она рассказала что-то о себе, пусть и под нажимом, но… кому, как не мне, знать, как она умеет отмалчиваться на самом деле?
Даже нет, не просто что-то, а самое наболевшее, сокровенное, со своими сомнениями и метаниями.
И кому она это рассказала, а?!
Сейчас задавать новые вопросы бесполезно, я ведь знаю прекрасно, что большего ты мне не скажешь, будешь отмалчиваться до упора.
Хотя мне лично интересно, отчего твои братья за тебя не вступились. Сбежали? Решили, что не так уж ты и важна?
Впрочем, победоносное шествие принца и его девяти армий по Эссии было очень быстрым, враги и реорганизовать войска толком не успели, как он уже захватил важнейшие стратегические объекты, а следом предъявил королю ультиматум…
Интересно другое – сразу после этого ты попала не в замок к этому неведомому обольстителю, с позволения сказать, а в столицу. Да еще в застенки. Спрашивается, почему? Из мести за отказ? Так не лучше ли было отомстить, заполучив тебя в свое пользование, раз уж тебя, так сказать, уговаривали, но отчего-то не тронули?
При этом ты где-то встречала Фергюса и до полусмерти боишься нашего принца, а он явно что-то о тебе знает, но молчит, как упертый баран… Неужели нарвалась на кого-то из его приближенных? Есть у нас там своеобразные личности…
Додумать я не успел.
В дверь яростно забарабанили.
Вот теперь Аи от меня отскочила, как от ядовитой змеи, одним движением вывернувшись из кресла. Словно этот звук напомнил ей о том, что за пределами этой комнаты очень, очень жестокий мир, полный зверей-джиарцев, направо-налево насилующих женщин. И я в ее представлении, вероятно, в тройке лидеров по этой части.
- Лорд Кеосс, прибыл лорд Аксис! – крикнул голос, который я сразу же узнал. Эрбес. Уж если его отправили, значит, Аксис не в том состоянии, чтобы зайти ко мне лично.
Неужели принц был прав, и там нас ждала ловушка?!
Надо было бежать, мчаться со всех ног, но я помедлил.
- Ты… - начал было, но осекся.
Она, неровно, прерывисто вздыхая, непреклонно вытирала слезы со щек и старательно не смотрела на меня.
Я молча вышел.
По крайней мере, теперь, когда этот нарыв вскрыт, есть шанс на выздоровление. Оставаться наедине с пережитым, держать все в себе, позволяя былому пополам с иррациональным чувством вины разъедать душу… Пережить это сложнее всего.
Знаю по опыту.
О своем позоре подумаю потом. Сейчас – работа и Аксис.
Я аж споткнулся, поняв, что о казни уже и думать забыл.
Одно остаётся неизменным. Из нее и впрямь вышел отличный отвлекающий фактор.
Мой зам, без сил полулежащий в кресле, и впрямь выглядел неважно. Магический перерасход, по всем симптомам. Самого только что точно так же мутило. Вот же засада получается… оба руководителя тайной канцелярии фактически выведены из строя!