Решилась, сжалась в комок и проскользнула мимо, как дикая кошка, постаравшись не задеть даже локтем.
Остановилась от меня в трех шагах и обозрела серую шершавую стену, местами живописно поросшую мхом и лишайником.
Вопросительно взглянула на меня.
- Ты лазить умеешь? – спохватился я.
- По деревьям? – не поняла она.
- По камням, - поправил я. – Смотри, ногу надо поставить сюда, уцепиться сюда… тут камешек, как ступенька.
Я легко взлетел наверх. А тело еще помнит подъем…
Мышцы снова заныли, наказывая меня за излишнюю активность, но лучше пусть по делу ноют.
- А зачем мы туда лезем? – она явно усомнилась в моем здравомыслии.
- Тут нет фонарей – гуляющие сюда не забредают. Стена высокая, мы окажемся как раз за ней, огни замка не будут лезть в глаза. С высоты можно разглядеть немало интересного.
- А как же стена? – кивает назад, на стену, построенную при первой переделке парковых территорий, огораживающую, собственно, этот сад.
- Фонтан выше нее. Но он далеко от стены, поэтому сбежать не поможет.
- Я и не собиралась, - растерянно сообщила мне пленница.
Я поперхнулся смешком. Вот бы все объекты были столь же покладисты!
- В смысле, прямо сейчас не собиралась! – неуклюже поправилась она, и я развеселился окончательно.
- Ты лезь давай, а не оправдывайся.
Первый этап восхождения дался ей с трудом, и девчонка, кое-как преодолев первые метра полтора, с минуту переводила дух, судорожно цепляясь за гранит.
- Теперь рукой вправо поведи… нащупала?
- Д-да…
- Правую ногу подними повыше и веди правее. Там углубление. Теперь влево.
- Я не достаю, - пожаловалась она.
Без задней мысли я склонился, уперевшись одной ногой в гранит, и протянул ей руку.
Аи было автоматически потянулась к моей ладони, но тут же спохватилась.
Я вздохнул.
- Не стоит в каждом невинном жесте искать подвох, - негромко произнес я. – Мне нужна передышка. Тебе нужна передышка. Поэтому я и отправился на прогулку. Скажи на милость, что я могу сделать с тобой сейчас, здесь?
Сомнения на ее лице я считываю с легкостью даже в темноте. И почему-то задерживаю дыхание.
Нерешительно протягивает руку… касается на пробу моей ладони и тут же ее отдергивает. При этом теряет равновесие…
И хватается уже всерьез.
Замирает, пугается, напрягается всем телом. Мою ладонь словно в тисках сжимают. На лице нешуточная борьба с собой.
Вздыхаю, потеряв терпение.
Стискиваю тонкую лапку и, не мудрствуя лукаво, дергаю девчонку наверх. На миг обхватываю за талию, разворачиваю в воздухе и поспешно сажаю рядом с собой на широкую каменную перекладину. Обнимать что-то лишний раз не тянет, мало ли…
Пытается отодвинуться как можно дальше, но загвоздка в том, что особо некуда.
- Успеешь еще. Лучше посмотри, - негромко советую я.
Поднимает глаза…
Звезды наверху, звезды внизу, отражающиеся от глади пруда, поросшего кувшинками, словно искрящимися в этом разноцветном великолепии. Деревьев в смежной части парка нет, и вдали, как на ладони, разноцветными огоньками сияет город, перемигиваясь с Галактикой.
Она в это время года поистине прекрасна.
Кошусь на свою спутницу… С приоткрытым ртом Аи широко распахнутыми глазами жадно впитывает открывшееся нам зрелище. Кажется, даже забыла о том, что сидит в опасной близости ко мне.
- Красиво, согласись? – мирно спрашиваю.
- Да.
И столько эмоций в одном коротком, чуть слышном слове…
- Вот видишь, и в Джиар нашлось что-то хорошее, - беззлобно поддразнил я.
Она оторвалась от созерцания и как-то странно посмотрела на меня, искоса, осторожно, а едва мы встретились взглядами, тут же снова отвернулась.
И ничего не ответила на мою колкость.
А мне отчего-то стало слегка не по себе.
Черт знает что.
Мы долго сидели здесь. Она – любуясь то звездами, то огнями города. Потом завертелась, нашла какой-то цветочек, выросший в старой кладке. Срывать не стала, погладила кончиком пальца, как котенка.
Я откинулся на камень, как на спинку дивана. Жесткую такую, неудобную, безжалостно познакомившую побаливавшую спину со всеми своими острыми гранями.
Но на душе наконец воцарился зыбкий мир.
Не знаю, сколько мы там сидели. Аи молчала, думая о чем-то своем. Я косился на нее и старался тоже думать о полезном, но в итоге сдался и не думал ни о чем вообще.
Мы оба не хотели спугивать эту осторожную безмятежность.
Но все хорошее рано или поздно заканчивается.
Амулет, лежащий у меня в кармане, требовательно послал разряд магии прямо в бедро.
- Уф, - выдохнул я.
Амулет делал мой наставник, а он человеколюбием никогда не отличался. Зато эта штучка прекрасно оповещала, если в радиусе двадцати шагов кто-то появлялся. Бесценная вещь на пустынных ночных улицах, фиг кто подкрадется. Жаль только, что вмещал всего один заряд. У меня магии нет, значит, повторно вложить в него нить силы пока не получится.