Я и сам был в шоке от своего красноречия.
А потом понял, что подсознание подсказало мне, пожалуй, лучший способ разговорить эту альтруистку... И от этой мысли мне стало совсем тошно.
Палач остается палачом, всегда, независимо от того, с кем имеет дело.
- Чья помощь? Моя? - наконец подала голос Аи, явно сомневаясь в моей адекватности.
И не зря.
Да, сцена в ванной явно выбила меня из колеи.
Я неохотно кивнул.
И наконец, помаявшись и слегка испугав девчонку, рубанул напрямую:
- У нас в последнее время в работе часто всплывает одно и то же имя… урывками, крайне подозрительно и всегда косвенно. Скажи мне честно, ты там, дома, когда-нибудь сталкивалась с Фергюсом? Ну, помнишь, с тем лысеющим толстяком с кухни, который себе травы в печи заваривал?
Реакция была незамедлительной. Аи втянула голову в плечи, бросила на меня затравленный взгляд.
- Не для протокола, - прибавил я. – Я нигде не укажу, откуда получил информацию. Я собираю сведения неофициально - этот тип не так прост, к нему сложно подобраться. И не хотелось бы идти по ложной наводке. Я знаю, что ты его опасаешься, заметил в тот раз, как ты на него смотрела. - Пусть даже не пытается соврать, будто знать его не знает. - Так вот, ты когда-нибудь дома видела его самого? Может, слышала описание кого-то похожего или его имя?
Переступила с ноги на ногу. Затем, помявшись, покачала головой. По-прежнему молча. Но хотя бы так отвечает…
- Ты хоть что-нибудь о нем знаешь? – не сдавался я. Реакция же была, она увидела его и испугалась, а значит, видела где-то до этого.
И неожиданно услышал ответ.
- Только то, что он служит при дворе... И что он очень дурной человек, - тихим, хриплым голосом вдруг отозвалась Аи.
Прошу прощения?
Нет, с характеристикой я согласен, разве что добавил бы красок. Но...
- Ты же сказала, что не видела его дома… - запутался я.
- Дома – не видела. И ничего не слышала о нем. Но я видела его... - побледнела, стиснула зубы. Воспоминания явно были не из приятных. - Он был в лагере военнопленных. Приезжал туда с распоряжениями от... От вашего принца, - ее аж передернуло при одном упоминании его высочества, на обычно кроткой мордашке появилось выражение страха и отвращения.
Мда, если у Атириана есть к ней какие-то чувства, они явно обречены остаться неразделенными, если только это не фанатичная ненависть. Впрочем, взаимность его высочество никогда особо и не волновала...
- Он тебе что-то сделал? – насторожился я.
Слабо покачала головой.
- Не мне, - на грани слышимости прошептала она. – Он просто явился, наорал на солдат, потом вытащил случайную девчонку из клети, раздел и избил… она так кричала…
Руку я протянул совершенно инстинктивно, сочувственно коснулся плеча… и в следующий миг Аи отпрянула, задрожав всем телом.
Обидно. Даже нет, больно где-то в глубине. Я думал, это уже осталось позади.
- Извини, - ровно произнес я. – Я забыл на мгновение, что ты… - и вдруг в голове что-то щелкнуло.
А какого демона камергер забыл в военном лагере?! Чтобы принц - и отправил с распоряжениями придворную блоху, задача которой - следить за его покоями и комфортом?
- Аи, а когда Фергюс там наводил свои порядки, принц был в лагере? – совсем другим тоном спросил я.
Испугалась.
- Нет. Солдаты между собой говорили, его нет и пока не будет, он был со своими солдатами. Я сидела с другими… меня спрятала за собой женщина. Сказала, я слишком молода для такого. Заставила измазаться грязью, чтобы они не... - судорожно сглотнула, умолкла.
Поверить не могу. Она мне рассказала... Без угроз, без пыток. Просто взяла и рассказала.
Похоже, благодаря Аи у меня появился новый след. И причина побеседовать с его высочеством по душам.
- Этот… Фергюс... тогда обошел все клети с пленниками, - неожиданно продолжила Аи хриплым, помертвевшим голосом. Глаза смотрели в пустоту, словно она заново видела страшные картины прошлого. А лагерь для военнопленных – это вам не курорт.
- Он шел и изучал нас, как будто искал или выбирал кого-то… И выбрал. Он… - у нее перемкнуло дыхание. Справившись с собой, девушка подытожила: - Он дурной человек. И я не хочу снова сталкиваться с ним. И… думаю, тебе нужно быть осторожным. Его боялись даже солдаты в лагере, он приказал двоих выпороть, без причины…
Что ж, эти чувства я понимал и разделял.
И все-таки дор Фергюс слишком вольно вел себя для того, кого в лагерь привели какие-то свои цели. И вместе с тем – рассматривал пленных… Искал жертву для своих «развлечений» - или кого-то более конкретного, вроде эссийской принцессы? А не найдя – сорвал злость на первой попавшейся девчонке? Делал это по приказу принца, дабы приглядеть за Аи – или по заказу эссийцев, а то и восточников?