Глава 8
С утра я специально ушел рано, тщательно одевшись и даже сбрызнувшись парфюмом – приятно-терпким, с можжевельниковой ноткой… Простите, что я снова о запахах – но я говорил уже, что в моей жизни они нередко играют важную, если не решающую роль. В данном случае я надеялся, что этот конкретный аромат поможет справиться с привычными мне запахами, порой исходящими от окружающих. Вчерашний случай с Фергюсом подтолкнул.
Однако же начался день неважно.
Во-первых, неподалеку от двери моей комнаты меня поджидал его высочество. Не стал ни ругаться, ни расспрашивать, сразу перешел к делу, что было для него не слишком характерно.
- Поиски по моим каналам ничего не дали, - говорил он тихо и отрывисто. – Официально во дворце никто против вас не копает, даже на высшем уровне – или же мастерски скрывает это даже от Бессветлого императора. Я, - крон-принц поморщился, но не напоказ, а вполне искренне, - вчера имел обстоятельную беседу с отцом о текущих делах.
Угу…
Атириана Сейджского мой доклад явно встревожил, если он отправился с этим вопросом к самому Бессветлому правителю. Добрыми и семейными подобные беседы никогда не бывали, только не с императором.
И при этом принц все равно ничего не выяснил.
Так себе новость, прямо скажем, но проявить недовольство я не имею морального права. Его высочество, по сути, согласился мне помочь. И даже ничего не потребовал взамен, что для нашего наследника престола – невиданное бескорыстие.
- Второе. Отец только что подписал приказ о казни Этвуда.
Я тихо застонал сквозь зубы, догадываясь, что это означает.
- Сценарий, Сай. Казнь в два пополудни, образцовая. Удачи.
Голос прозвучал искренне. Впрочем, я себе тоже сочувствовал, и еще как! Образцовая казнь – открыта, производится на площади за главным храмом бога разрушения, в наказание преступнику и в назидание остальным. И, следовательно, весьма зрелищна.
Всучив мне двухстраничный документ, его высочество попытался раствориться в предрассветном сумраке, но не тут-то было.
- На вашем месте я бы не откровенничал с Фергюсом, - тихо сообщил я спине принца. – В том числе о делах моей канцелярии и особенно моих личных делах.
Атириан Сейджский обернулся. В черных глазах на миг вспыхнуло торжество, следом неприязнь, но ко мне или Фергюсу оная относилась, я не знал.
- И в мыслях не было. Я лишь хотел посмотреть на его реакцию, но он меня разочаровал. Возникли проблемы?
Вопрос был задан с нажимом.
- Он немного забыл о своем положении – и о моем. Пришлось напомнить.
Злорадное удовлетворение укрепило меня в уверенности о том, что его высочество и сам от Фергюса не в восторге. Вот и хорошо.
- Я в тебе и не сомневался, - заверили меня, и, отрывисто кивнув, его высочество удалился. Я не препятствовал.
Принц понял и учел мое предупреждение. Поступать он будет по-своему, разумеется, но моя совесть теперь чиста.
Проклятый Этвуд! Это дело у нас уже месяц висело, и тут его Темнейшеству приспичило!
Я круто развернулся на каблуках и, стиснув челюсти, направился на кухню, пытаясь по дороге хоть немного успокоиться. Эта казнь чертовски не вовремя! Даже на подготовку время не дали!
Но пока надо завершить ещё одно дело. По счастью, госпожа Шоли входила в число тех немногих людей, которым я мог доверять, а морить голодом запертую в комнате девчонку слишком гнусно даже для такой сволочи, как я.
Я коснулся бляхи с символом нашей канцелярии и послал нужный импульс заклинания.
Дверь в мои покои откроется, магически заперев все остальные. Если девчонка в этот самый миг не окажется прямо в коридоре, то повариха ее даже не увидит.
Впрочем, я начал сомневаться в том, что пленница будет пытаться сбежать. В ней что-то неуловимо изменилось после наших вчерашних приключений.
Что до сведений его высочества...
То, что принц ничего не раскопал, еще ничего не означает, просто вычеркивает энное количество подозреваемых из списка.
Возможно, нагадить канцелярии - чья-то частная инициатива… и она даже не обязательно связана с Эссией. В конце концов, не то чтобы у меня не было врагов… Как и у Аксиса, кстати. За время войны и с начала перемирия мы казнили немало высокопоставленных людей. Императору мстить довольно-таки проблематично, куда проще сосредоточить свою ненависть на бесстрастном палаче...
Нет, разумеется, не все родственники были одинаково безутешны. В ряде случаев я точно знал, что жены и дети безвременно почивших мерзавцев были только рады наконец избавиться от домашнего тирана и садиста. Но кое-кому мы здорово насолили. Несколько родов лишились всех привилегий и титулов из-за предателя-папаши, кто-то потерял ребенка – пусть уже взрослого и решившего, что ради денег здесь и сейчас можно пожертвовать такой малостью, как верность императору и чужие жизни.
И вычислить, кто из них мог начать действовать, через кого и с какой именно целью, будет очень сложно. Многие были сосланы в отдаленные провинции… Да, задачка. Не хуже, чем ловля оставшихся шпионов.